Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Раздел Chitat.online для книги «Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Один из них шевелился, мы стали выбрасывать скользкие от крови комки, но оба бойца к тому моменту умерли.
Противотанковых ружей во взводе не осталось. Послал бойца к Шмакову, он выделил одно ПТРД. Установив железяку, принялись бить вражеский танк в борт. Дуэль закончилась не в нашу пользу, танкисты расправились с расчетом не менее безжалостно, чем с пулеметчиками. Длинный ствол переломило, а бронебойщики погибли от осколков в голову. Оба, как положено, носили каски, но жестяная защита не спасла. Когда мы тащили их для перевязки, надеясь, что они не умерли и успеем оказать помощь, пробитые насквозь каски сочились кровью. Их сняли, но лучше бы не снимать. На изуродованные головы было невозможно смотреть без боли.
Бойцы приуныли от вражеской безнаказанности. Вчера рыли братскую могилу, сегодня новую копать придется. До каких пор? Настроение подняли знаменитые «Илы». Штурмовики, похожие на темных грачей, пронеслись на высоте трехсот метров. Я отчетливо разглядел небольшое колесо под хвостом. Самолеты выпускали реактивные снаряды у нас над головой, они взрывались где-то далеко, но танк поспешил уползти.
Сдвинуть батальон с места немцам не удавалось в течение двух суток. Неся большие потери, они отказались от лобовых атак, обстреливали овраг и время от времени предлагали сдаваться в плен. Они откуда-то узнали, что оборону держат десантники, и призывали нас не гробить зря свои и чужие жизни. Пропаганда изменилась, стала более гибкой, нас убеждали прекратить стрельбу и взывали исключительно к желанию выжить.
– Оглянитесь, до Волги меньше километра, вы находитесь в окружении, а любое окружение заканчивается гибелью.
Мы невольно оглядывались и убеждались, что чертовы фрицы правы. Но оборону держали по-прежнему крепко. Тогда они прекратили бесполезные атаки и обошли батальон с флангов. Стрельба переместилась с двух сторон глубже в город. Ночью по приказу комбата Рогожина уходили на новые позиции. Долго блуждали среди развалин, натыкаясь друг на друга, затем спустились в какой-то подвал. Бойцы легли спать, командиры взводов и отделений несли дежурство.
Когда утром над Волгой взошло солнце, я увидел, что до реки осталось рукой подать. Шмаков вытащил две последние измятые папиросы и вздохнул:
– Ну, теперь точно, идти дальше некуда, – и добавил с досадой: – Курить тоже нечего.
Дом, когда-то трехэтажный, стоял параллельно Волге. Крышу в нескольких местах сорвало вместе с верхним этажом. Северная торцовая стена давно раскололась от попадания бомбы и утащила вслед за собой часть перекрытий и квартир. На пути взрыва встала массивная бетонная лестница, она торчала с выбитыми перилами, но почти целая. За ней дом выгорел, кое-где зигзагами тянулись трещины, но красная кирпичная кладка держалась стойко.
