Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Раздел Chitat.online для книги «Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Это укрепление предстояло временно защищать нашей роте. Место для обороны, по общему мнению, являлось неудачным. Перед нами торчал еще один дом, занятый немцами. Он перекрывал обзор, мы понимали, его придется в ближайшее время отбивать.
Для удобства Павел Кузьмич Шмаков распределил два уцелевших подъезда между вторым и третьим взводами, а первый взвод располагался на северной стороне, среди обломков и в нескольких уцелевших квартирах. Вместе с Петром Грицевичем мы взобрались на верхний пролет лестницы и рассматривали под прикрытием стены панораму города.
Возле устья речки Царицы Волгу разрезал на две части остров Голодный, тянувшийся на много километров вниз по течению. Если в северной и центральной части ширина Волги составляла два километра, то, начиная от устья Царицы, река сужалась вдвое. Мы видели город на большом протяжении, разглядели даже фигурки вражеских солдат. Над осенней рекой тянул обычный ветерок, который в течение дня обязательно разыграется. Полоса облаков закрывала солнце, вода казалась серой. Осенью уровень реки самый низкий, повсюду выползали песчаные мели. На них капитаны сажали свои поврежденные суда, если не могли дотянуть до берега. Именно в эти минуты мы стали свидетелями жестокой сцены.
Большой рыбацкий баркас с мотором застрял на песчаной косе посреди реки. Возле него копошились несколько человек, что-то ремонтировали. Немецкие артиллеристы открыли огонь, снаряды падали то ближе, то дальше. Смоленый баркас моряки с трудом вытолкнули на глубину, после чего запустили мотор. Мы угадали, что он работает, по синим дымным выхлопам. Судно пыталось доставить на наш правый берег какой-то нужный груз, но не добралось. Уцелеть на песчаной косе шансов не оставалось, но и очень призрачной была надежда добраться до левого берега.
На смелые поступки людей нередко толкают обстоятельства, но не только они. Нерешительный моряк бросил бы груз вместе с судном и спасал бы себя. Пусть имел потом неприятности, обвинения в трусости, но жизнь дороже. Капитан твердо решил выполнить свой долг, а также сохранить боеприпасы, продукты, медикаменты. Именно это грузилось в первую очередь в трюмы любого корабля. Шансов уцелеть было семьдесят на тридцать, не в его пользу. Капитан отважно принял невыгодную ставку, и ни один человек из команды не сбежал. Между взрывами мы слышали, как захлебывается на полных оборотах двигатель, толкая перегруженное судно со скоростью пешехода. Мы забыли про остальное, наблюдая за тягостной картиной. Грицевич вцепился пальцами в рукав моей шинели. Казалось, все длится очень долго, но баркас отошел от мели на сотню метров, затем его взяли в артиллерийскую вилку.
Обманывая судьбу, капитан повернул вверх по течению и ушел от очередного снаряда.
