Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Раздел Chitat.online для книги «Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Если комбат Логунов в Финляндии навсегда запомнил обоз с обмороженными бойцами, которых привезли в госпиталь ампутировать ноги, то Саня Приходько уже никогда не забудет кипящую воду, в которой один за другим исчезали десятки беспомощных людей, а немецкие летчики, улыбаясь, махали сверху.
Кирилл Астахов, хоть и был старше на год своего шефа, имел семью, двоих детей, но относился к Сане Приходько, такому же рядовому, как он сам, с большим уважением.
Приходько был одним из лучших снайперов в полку. Счет уничтоженных немцев приближался к трем десяткам, уступал он только Матвею Черных, Антону Гутову и Андрею Ермакову. Да и повидал Саня в жизни куда больше, чем бывший колхозник Кирилл Астахов.
За свои двадцать три года Кирилл дальше окрестных деревень нигде не был. Разок попал в райцентр Инзу, небольшой городок, и первый раз увидел железную дорогу, паровоз, вагоны. Куда и зачем ему разъезжать? Закончил пять классов и с тринадцати лет работал в колхозе.
Хотел еще учиться, но Кирилл был в семье старшим сыном. Кроме него, пятеро младших братьев и сестер. Чтобы такую ораву прокормить у отца с матерью сил не хватит. В колхозе толком не платят, отвесят по осени мешка три ржи, гороха, ну, еще чего-то по мелочи.
Вся надежда на себя, огород, двадцать соток картофельного поля, которое жилы вымотает, пока взборонишь, посадишь, обработаешь да в подвал урожай спустишь. Картошка в их краях – главная еда.
Мать вывалит на стол чугун, и наворачивают старые и малые картоху в мундире с небольшим кусочкам хлеба и огурцами. Но это по-простому. Когда молоко имеется, мать томит картошку в русской печи, пока не появится румяная корочка, – вот это лакомство! Суп (щерба) – чаще без мяса, заправлен подсолнечным маслом, но тоже вкусно.
Ну, еще лес выручал: грибы, ягоды, орехи.
Была и корова, но по налогам столько приходилось молока да масла сдавать, что самим почти не оставалось.
Когда малые подросли, Кирилл настроился учиться на землемера, но рано женился, дети пошли – тут совсем не до учебы. До нынешней весны имел броню, как ремонтник в колхозной мастерской, но в апреле забрали на фронт, а жена уже третьего ждет – скоро рожать.
У Сани Приходько жизнь куда интереснее. За недолгое время рассказали друг другу все о себе. Кирюха в тринадцать лет в навозе ковырялся, а Саня с рыбацкой бригадой уже в Азов ходил. Когда освоился, зарабатывал столько, что Кирюхе и не снилось.
В Турции побывал, возили туда рыбу и икру. На обратном пути чуть в тюрьму не вляпался, пытался провезти два турецких ножа с серебряной насечкой. Контрабанда, холодное оружие! Месяц в каталажке просидел, а обещали аж пять лет. Спасибо капитану, собрал характеристики, ходатайство от экипажа, наверное, сунул в лапу кому надо и помог освободиться.
