Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Раздел Chitat.online для книги «Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Как назло, артиллерия в этом секторе молчала, а связист не спеша поднялся и снова надел на плечи катушку.
Выстрел щелкнул негромко, хоть и резко. Звук поглотила обширная возвышенность, широкая лента реки и бескрайний пойменный лес на левом берегу. Немец свалился ничком. Астахов, всматриваясь в шестикратные линзы своего бинокля, пробормотал:
– В грудь уделал. Насквозь. Даже катушку пробило.
Но связист вдруг зашевелился и пополз. Он даже сумел отцепить катушку и двигался к воронке от снаряда, где надеялся укрыться.
– Добей, – зашептал Кирилл.
– Сам подохнет. – Приходько, сжав зубы, выбросил стреляную гильзу, дослал в казенник новый патрон.
Он злился на свой неточный выстрел и вспомнил в очередной раз, как немецкие летчики добивали мальчишек-новобранцев с потопленного сейнера, издевательски махая им руками.
Связист все же добрался до воронки, но вскарабкаться на бруствер не хватило сил. Какое-то время сапоги скребли лед, а рука тянулась к сухому кусту бурьяна. Затем немец замер и больше не шевелился, а Кирилл Астахов с облегчением вздохнул.
– Следующий твой, – напомнил Приходько. – Ставь планку на триста пятьдесят метров, не ошибешься. Только бери поправку на ветер, с востока дует.
Заметив что-то в выражении лица напарника, предложил:
– Могу и я. Ты вроде как его пожалел.
– Я про это слово давно забыл, – отозвался без всякого выражения Кирилл. – В селе, когда стали повестки разносить, в первый же день набрали человек сорок, ну и потом все лето призывали. Всех, кого призвали, погибли или без вести пропали.
– Если полгода писем нет и военкомат молчит, надеяться уже не на что. У меня дядьку и двоюродного брата убили. Представляешь, в один день обоих.
Достали фляги с водой из-за пазухи, перекусили черствым хлебом, зато с сахаром. Последнюю неделю для остроты зрения снова стали выдавать сахар.
Убитый связист продолжал лежать возле воронки. Никто к нему не спешил. Саня кивнул на катушку с хлорвиниловым проводом и предложил:
– Может, сбегаю? Наши связисты за такую катушку и немецкий аппарат не меньше литра поставят. Провода легкие, удобные, и цвет разный, не перепутаешь. Не то что наша веревка – полпуда на катушке.
– Не надо, – отрицательно помотал головой Астахов. – Место открытое, в момент подстрелят.
– Всех делов на двадцать минут.
Но Кирилл повторил, что нет смысла рисковать из-за мелочи, и Саня его послушался, хоть и был старшим в паре. Привык, что Астахов парень осторожный и советы дает дельные.
И действительно вскоре оба услышали шум моторов. Легкие вездеходы тащили на прицепах закрытые брезентом то ли пушки, то ли минометы с необычно толстыми стволами.
Немцы действовали быстро. За считаные минуты отсоединяли прицепы, для каждого уже был приготовлен неглубокий окоп.
