В мире руинированного издательства, где каждая книга стоит в толпе предков забытых авторов, Д-р Венцеслав Ботвинк находит новый смысл жизни, пропуская через себя древние рукописи. Его взгляд на "Чисто английское убийство" открывается не только историческим контекстом, но и поражает виртуозностью языка, оттачивая границы жанра в риторике и криминалии....
— На это трудно ответить точно, — ответил он. — По подданству я был австрийцем, чехом и немцем — в таком порядке. Но я немного и русский, а случилось так, что родился я в Венгрии. Так что во мне много ингредиентов.
— Включая еврейский ингредиент, вероятно?
— Конечно, — сказал д-р Ботвинк с вежливой улыбкой.
— Доктор Ботвинк, позвольте обеспокоить вас просьбой передать мне вон то печенье, — вмешался лорд Уорбек. — Благодарю вас. Вы не представляете себе, как я стал завидовать людям, которые могут есть сидя. Питаться лежа — самое противное дело, какое я только знаю.
Камилла поправила подушки за его спиной.
— Бедный дядя Том! — сказала она. — Значит ли это, что вы не сможете обедать с нами сегодня вечером?
— Вот именно, Камилла. Вероятно, я лягу спать гораздо раньше, чем вы встретите Рождество. Роберт будет за хозяина. Надо думать, что вы ничего не имеете против.
Камилла взглянула на Роберта. Он слегка покраснел и отвел глаза.
— Надеюсь, что Роберт ничего не имеет против, — сказала она мягко. — Миссис Карстерс, можно вам налить еще чаю?
— Спасибо, дорогая, только не слишком крепкого.
— Лорд Уорбек, — сказал д-р Ботвинк неуверенно, — может быть, при сложившихся обстоятельствах предпочтительней, чтоб я не принимал вашего любезного приглашения обедать с вашим семейством сегодня вечером? Мне кажется, что…
— Глупости, голубчик, — ответил лорд Уорбек ласково. — Я настаиваю, чтобы вы обедали с нами.
— Но…
— Разумеется, вы должны отобедать с нами, — вставила Камилла. — Без вас мне не с кем будет разговаривать. Еще чаю, Роберт? — прибавила она с невинным видом.
— Нет, спасибо тебе, — сказал Роберт с ударением. Он поднялся. — Раз уж мне предстоит руководить сегодняшним торжеством, я лучше переговорю с Бриггсом о том, что мы будем пить.
И он важно вышел из комнаты.
После его ухода наступила неловкая пауза. Миссис Карстерс, которая временно исчерпала проблему колониального сахара, наблюдала за тем, как он выходил, с выражением возмущенного неодобрения.
