Автор
В спальне просторной и уютной домашней обстановки сидела молодая женщина, разглядывая фотографию в паспорте. Пять лет прошли со дня ее сделанного тогда портрета, а то, что отражается в зеркале, совсем не похоже на эту женщину. Ее взгляд скользил между фото и зеркалом, чувствуя разницу — и это вызывало горькое осознание....
— Ну, не знаю… А если я ошибусь? Например, мне покажется, что голос похож, а на самом деле…
Даша нетерпеливо перебила ее:
— Чего сейчас гадать? На основании твоего мнения никого сажать не будут, это нужно только мне, больше никто об этом не узнает.
— Слушай, Рыжая, я подумаю. Идет?
— Идет, — недовольно согласилась Даша, — но советую подумать хорошенько. Ведь ты под подозрением. — И, решив, что немного шантажа никогда не помешает, с еле уловимым злорадством добавила: — Тем более, полиция уже знает, что ты в Праге.
— Надо понимать, не от тебя, — не на шутку разозлилась Соня.
— Понимай как хочешь, но если ты действительно не чувствуешь за собой вины, приходи без десяти семь к отелю «Европа».
— Постараюсь, — холодно ответила девушка и бросила трубку.
— Отличненько. — Даша удовлетворенно улыбнулась. — Теперь сучья морда Полетаев."
"Она достала визитку подполковника и снова застучала по телефонным кнопкам. Подлый сотрудник госбезопасности ответил с первого гудка.
— Полетаев, слушаю.
— Привет, — молодая женщина невероятным усилием воли заставила голос звучать беззаботно, — как поживаешь?
— Нормально.
— Ничего. Хочу позвать тебя сегодня в гости.
— Ко мне?
— Нет, к одной приятной даме.
— Не знаю, смогу ли. У меня мало времени, к тому же сегодня вечером я улетаю. Будешь уходить — просто захлопни дверь.
Даша впилась ногтями в ладонь.
— Что так скоро?
— Дела. — Он явно не выражал желания пускаться в дружескую беседу.
— А я, честно говоря, думала, что твои дела заключаются в раскрытии убийств.
Тот явно занервничал:
— Подожди, что ты имеешь в виду?
— Ничего особенного. Когда ты будешь уже в воздухе, я выведу убийцу на чистую воду. Оставь телефон в Москве, потом звякну, расскажу, чем дело кончилось.
Полетаев буквально взорвался:
— Что ты несешь?! Какого убийцу?! Я запрещаю тебе даже думать об этом!
— Да? — усмехнулась она. — А ты мне кто? Отец родной? Короче, будет интересно, жду в семь около «Европы», все, пока.
Сложив все бумажки в сумку, Даша продолжала задумчиво вертеть в руках трубку:
«Девятка на конце или тройка? А впрочем, какая разница, платить все равно подполковник будет». И, слегка поколебавшись, набрала следующий номер.
— Bystrova, good morning, can I talk to doctor Zenkevich?[22]
Прошло минут пять.
— Алло? Мишенька, привет! Это Даша.
— Ха! Здорово, Рыжая, ты где?
— В Караганде.
