— А что, ты против? Неужели ревнуешь?
— Какая восхитительная наглость! — воскликнула я и похлопала в ладони. — Браво, Рэй. Ты превзошел самого себя. У всех на виду, прямо под носом у законного супруга... Или у них открытый брак?
Он переспросил, что это такое. Я объяснила.
— Ах вот что ты устроила из нашего брака, — усмехнулся он. — Дань каким-то нелепым дикарским традициям. Муж открыто приводит любовницу, а жене все равно.
— Погоди-ка. Так это все было провокацией? Для меня старался? Нет уж, дорогой. Мне не все равно.
— Вот как? — он откровенно веселился.
— А как ещё?! Выставляешь меня круглой дурой, грязь развел в моём же доме — пусти, что называется, свинью на порог. Да на меня слуги косятся!
— Они невидимые, не ври.
— Я кожей чувствую. Я ведь тебе безразлична, зачем устраиваешь весь этот цирк?
Улыбка сползла с его лица. Глаза сузились, отчего янтарные огоньки в них погасли. Голос вновь прозвучал холодно.
— Потому что из-за того, что тебе вздумалось проявить норов, я здесь заперт. Будто в бессрочной ссылке в этом медвежьем углу.
— А Бетани, получается, как жена декабриста. Ой, простите, жена она другому. Как любовница декабриста.
— Всего-то выполнить то, что обязана, больше от тебя ничего не требовалось. Время от времени принимать меня на несколько часов, пока не забеременеешь, и все. Я бы даже позволил тебе остаться в столице, — продолжал он, не обращая внимания на мою реплику. — Да что ещё тебе нужно?!
— Денег давай, — заявила я и протянула руку ладонью вверх. Он удивлённо на нее уставился.
— В каком смысле? Хочешь сказать, что готова за деньги... Что я должен за это платить?!
— Совсем дурак? Говорю, дай денег, на булавки и на хозяйство. Те, что управляющий оставил, почти закончились.
— Похоже, про твою скромность и привычку довольствоваться малым мне тоже солгали, — вздохнул Рэй, доставая бумажник. — Сколько?
Названую сумму — не копейки, но и не огромную, в рамках приличий — он выдал немедленно. Даже не спросив, для чего мне понадобились деньги и на что растранжирила полученные в прошлый раз. Его утомил разговор, и он просто хотел от меня отделаться."
"Догадавшись об этом, я поблагодарила его с сахарной улыбочкой и поспешила скрыться с глаз. Всё-таки у навязанного мне мужа оказалось большое достоинство. Даже два, причем в идеальном сочетании: богатство и щедрость. Деньги, явно достающиеся ему совершенно без усилий, он не считал и расставался с ними без сожалений.
16.2
После того разговора Рейнер вновь избегал меня несколько дней. Прямо нарочито, благо, в замке было столько места, что можно запросто за целый день не встретиться. Я его видела лишь издали, когда, устав от затворничества, они с Бетани выходили проветриться.