В уютном уголке усадьбы среди роз, где прячется лишь приглушенный свет за высокими кирпичными стенами и заботливыми деревьями — здесь он видит себя, словно со стороны, бездыханным и неподвижным. Видит, как охрана неспешно приходит на пост и начинает суетиться только утром, когда уже поздно. В этом тишине и отчаянии чувствуется мрачная атмосфера заговора и нежданной ужасающей реальности....
Ремеза такой факт вдохновил настолько, что он распрямился, забыл об условиях существования триумвирата и уже принял решение:
– Другого случая не представится. Надо немедля брать обоих!
– То есть как брать?..
– Обыкновенно. Брать и вывозить в надежное место. Там уболтаем, уговорим! Сделаем судебное решение по ребенку, алиментам и прочим формальностям.
– Это похищение, господин прокурор, – с хмурой иронией сказал чекист. – Примитивный бандитский криминал.
– Стареть вы начали, товарищ Лешуков. Наверное, страдаете ломотой суставов к непогоде.
– А что это? – совсем уж тупо спросил тот.
– Восстановление справедливости. Бывшая супруга имеет все права на ребенка.
– Ну да. В этом смысле, да... Но захочет ли этого Вероника Николаевна?
– Несчастная мечтает об этом! Она нас попросила, и мы оказали услугу. Из-за любви к своему внезапно заболевшему шефу, от уважения к материнству. Из чувства справедливости, наконец. Или просто по незнанию их семейной проблемы.
Спецпомощник на самом деле ощущал некую тугодумность, ему не присущую, и какое-то время переваривал слова Ремеза.
– Наша опека над несчастной матерью и ребенком будет сигналом. Не станем мы за ними гоняться! Пусть оба сюда прибегут, Казанцев и Балащук. И когда прибегут, тогда они с нами захотят договариваться. А не мы с ними. Где Абатуров?!
– Откуда же я знаю?..
– Это шанс! – Бывший прокурор вскочил и непривычно засуетился.
"– Время советовать закончилось. Требуется ваше непосредственное участие!
У спецпомощника прострелило спину – будто хребет ему ломали.
– Надежнее всего вывезти за пределы, в Томскую область, например...
– А посты на дорогах? Они поднимут тревогу! Светиться нельзя!
– Есть народный проселок, из Мариинского района.
– Вот видите! Еще соображать не разучились... Но как вывезти? У нас будет ограничено время.
Лешуков вздохнул и объяснил, как школьнику:
– Делается это так: в разные точки по маршруту заранее высылаются машины, разных марок. Стоят в условленных местах. Последняя – с томскими номерами. И начинается эстафета.
