Автор
Совсем рядом, а ты ничего не знаешь — вот какая реальность ждет тебя дома. Просторная комната выставляет перед Машей Григорьевой все свои грязные открытки жизни: фанерные щиты и пыльные рулончики бумаги, скрытые за углом сизым ночным окном. В этом уютном лабиринте ты будешь размышлять о себе, где каждый предмет может стать свидетелем твоего поведения....
Рязанцев закрыл глаза, погладил свои небритые серые щеки, словно хотел проверить, на месте ли харизма, и спросил растерянно:
– А зачем он убил проститутку?
Эпилог
В семь вечера Маша все-таки ужинала в ресторане, но не со Стивеном Ловудом, а с Саней Арсеньевым.
– Где же он раздобыл пистолет? – спросила она, когда они уселись за столик.
– Нашел в багажнике «Фольксвагена-гольф», под запаской. И счел это особым знаком, поскольку машина была от Вики, решил, что она ему как бы вручила это оружие.
– Он только в трех убийствах признался?
– Пока да.
– Так. Ничего. Каким же образом к нему попала машина Кравцовой?
– Она ее купила за восемь тысяч, а потом увидела шубу тоже за восемь тысяч, о которой мечтала всю жизнь, и решила быстро продать машину.
– Это вам кто рассказал?
– Сам Нечаев. Они вместе зашли в меховой магазин в Столешниковом переулке.
– И что дальше?
– Он давно хотел именно такую машину, у него были эти восемь тысяч.
– Откуда?
– Во время последней пиар-кампании Рязанцева они все хорошо заработали, он в том числе.
– А дубликат ключа от ее квартиры он сделал заранее?
– Нет. Ему не нужен был ключ. Она сама открыла ему дверь. Дело в том, что на всех их вечеринках он выполнял роль оператора, снимал любительской видеокамерой. В тот вечер Кравцова позвонила ему очень поздно, часов в двенадцать, и попросила привезти срочно кассету, отснятую на дне ее рождения в закрытом клубе, неделей раньше.
– Погодите, а пистолет? Он что, вошел в квартиру уже с пистолетом?
– Нет.
