Жизнерадостная весна ярко зажглась в небе, окружая меня мягким теплом. Солнце медленно скользило по горизонту, оставляя россыпи солнечных зайчиков на лужице близ старого вяза. Тарен привлекательно сидел рядом, касаясь моего плеча невесомой рукой, и я чувствовала себя необыкновенно комфортной и свободной среди заботливых мглистых лучей....
Я приоткрыла глаза. Светало. Мы подъезжали к Нарле.
Несмотря на ранний час, жизнь на окраине города кипела. Дети носились, торговцы зазывали первых посетителей в лавки.
Запах свежего хлеба, что тянулся от пекарни, заставил рот наполниться слюной.
Я неуклюже размяла тело. Каждая мышца отдавала тупой болью. Спина ныла от твердых досок. Плечи и бока онемели. На зубах скрипела дорожная пыль."
"С грустью подумала, что если бы не проклятый дракон, то сейчас бы с нянькой пила душистый чай с румяными пирожками.
– Как ты, княжна? – спросил мужичок, заметив, что я не сплю.
– Спасибо, неплохо, – я приветливо улыбнулась. – Может, вы знаете тут какой недорогой, но приличный трактир?
– Отчего ж не знать – знаю. Сейчас высажу тебя там.
Через пять минут мы остановились у двухэтажного здания из темного камня с покатой черепичной крышей. Над входом раскачивалась деревянная вывеска, на которой была изображена пивная кружка и подушка. Это означало, что здесь можно и перекусить, и переночевать.
Я от всей души поблагодарила мужичка и, толкнув массивную дверь, зашла внутрь.
На первом этаже расположилась харчевня. По углам стояли простые деревянные столы и лавки, на стенах висели потускневшие картины с местными пейзажами.
За прилавком стояла дородная женщина.
– Доброе утро, мне нужна комната на пару дней.
– Двадцать лунов, – бесстрастно ответила работница, даже не взглянув в мою сторону. Она усердно натирала пивной бокал.
Я тяжело вздохнула. Это была добрая треть от имеющихся у меня денег.
Взгляд задержался на небольшом зеркале. Оттуда на меня смотрела перепуганная девушка с серыми от дорожной пыли волосами и чумазым лицом. И когда только успела так перепачкаться? Наверно, когда беззвучно плакала в телеге, смахивая слезы рукавом.
– Мне бы еще ванну, – тихо добавила я.
– Ишь, ванну ей, – толстушка усмехнулась, впервые удостоив меня взгляда.
– Хорошо, давайте бочку, – устало согласилась я.
– Еще пять лун.
Я снова вздохнула и выложила на прилавок монеты.
– Бочку через полчаса прикачу. Вот держи. – Работница протянула мне засаленный ключ. – Третья комната.
Я кивнула и поплелась наверх искать свое временное жилище.
За однотипной дверью с металлической цифрой три оказалась тесная, но светлая комната.
