Поднявшись на последнюю ступеньку лестницы, где доносился ритмический шорох женских волос и легкий запах растительной магии, Клариса увидела невольницу, готовящуюся к третьему родильному бремени. В воздухе витали тонкие колдовские знаки, символизирующие неизбежное исход. Она же, как одна из многих верующих ведьм, молилась за эту женщину и ее маленького существа, рожденного чужой семье генерала драконов....
Нужно уходить. Идти дальше на юг»
Я скривилась, словно съела кислых ягод.
— Руни, ну куда идти? Кому мы на том юге нужны? Ни дома, ни грядки.
Он зло стер тряпкой уголь с дощечки.
— Я знаю, что ты мне напишешь, брат. Что будешь работать и нас содержать. Что сможешь прокормить. Но, милый, Амма уже немолода. Каково ей трястись по дорогам в телеге? Зимовать у костра под тонким навесом. А Юниль? Ей шесть, малышка еще. Она и так насморк ловит в закрытой теплой комнате. Ничего хорошего из того путешествия не выйдет.
Развернувшись, брат направился к печи, присел и принялся укладывать в нее дрова. Я спиной ощущала его несогласие. Слышала недовольное сопение. Это слегка раздражало. Но я не знала, какие еще подобрать слова, чтобы объяснить — одно дело он и я. Мы сильные и молодые. Другое — Амма и Юниль. Они слабы и любое путешествие — риск для них.
— Руни, не злись. Я понимаю, ты хочешь как лучше для всех нас.
Надувшись, Руни принялся активнее закидывать в черный от копоти проем дровишки.
— А драконы знать о нас ничего не знают. Этот Вегарт, судя по слухам, на оборотниц и не глядит. Считает недостойными себя. Хорошо же. Ну и баб по деревням не портит.
