Автор
Максим сидит за столом, окурки на земле и мрачный взгляд говорят о прошлом скандале. Его оппонент уверенно рассуждает, но не прячет страх перед Максимом. Вместе они размышляют о дне рождения подруги, где каждый чувствует неладное.
— Согласна, что начало вашей истории просто ужасное, и он обидел тебя. И, несмотря на то, что я его мама, не стану защищать. Он прежде всего мужчина. Таким, по крайней мере, казалось мы его воспитывали. Но он исправил свои ошибки, верно? Мы же с тобой обе это знаем?
Я не знала, что ответить. Конечно, она была права. Мы обе это знали.
— Что вы от меня хотите?
— Немного. Поговори с ним, прошу тебя. Плохо не только тебе одной, ему тоже несладко.
— Ну уж вряд ли хуже, чем мне, — зачем-то говорю ей. Она передо мной ни в чём не виновата, но я на ней срываю свою обиду.
— Я даже и не спорю с этим фактом, — соглашается.
Да, не так представляла в своей жизни знакомство с матерью человека, от которого жду ребёнка. Всё у меня кувырком полетело и не остановится никак.
— Вы простите меня, наверное, с моей стороны будет крайне невежливо встать и уйти, но именно так я и поступлю. Если вы заметили, я практически на последних неделях беременности, мне несладко. Если вы хотите в будущем встречаться с внучкой, не буду против.
Настроение такое, что говорить ни с кем не хочется, даже если это мама Максима. Ухожу, а она так и осталась сидеть на скамейке.
Чуть позже даже не заметила, как из кустов вышла собака. Большая, сильна, скорее всего породы немецкая овчарка. Растерялась, остановилась, и встала. Овчарка смотрела на меня и не двигалась, и я смотрела на неё и не двигалась тоже.
— Стой и не бойся. Главное, не шевелись! Она не кусается! — услышала недалеко мужской голос, который звучал твёрдо.
"Овчарка начала скалиться, видимо, реагируя на голос хозяина. У меня, даже если бы я не была беременной шансов на побег не было ни единого. Понимала, что от скорости, с которой бегает собака мне не убежать.
— Спокойно, не нужно смотреть ей в глаза, не нужно показывать ей свой страх, — мужской голос звучал уже спокойнее и увереннее. Он медленно шёл к собаке, стараясь не обращать её внимание на себя.
Мой взгляд был также намертво прикован к псине, и тело окаменело, к тому же заболел живот.
— Девушка, смотрите на меня, а не на собаку! Я постараюсь сейчас ухватить её за ошейник, но вы никак не реагируйте, просто продолжайте стоять. Поняла?
В ответ я быстро кивнула. Ещё бы я не поняла.
Хозяин подошёл к собаке, схватил за гриву, пёс зарычал громче, но, увидев лицо хозяина, осёкся и перестал.
— Вы должны знать, что собаки хорошо чувствуют страх, — начал успокаивать меня мужчина. — Собаки сильно нервничают в незнакомой обстановке.
