Леонид что-то пробормотал в ответ, но видимо не особо важное, и подтянув к себе автомат, замолчал.
Я же отвернулся, и повернув в замке ключ, завёл двигатель."
"Прислушался. Никаких посторонних звуков, всё так, как и должно быть. Теперь точно быстрее покатимся, — подумалось отчего-то. Ведь как ни жаль оставлять машину, но всё же прицеп в виде подбитого Уаза основательно тормозил. Конечно и теперь от груженной бензином буханки особых чудес ждать не стоит, но всё равно, как бы там ни было, а так всё поскорее будет. Единственное что напрягало, это отсутствие стёкол, из всего круга стекло сохранилось лишь на левой задней двери.
Пока ехали не быстро, было приятно, ветерок хорошо так обдувал, но когда прибавили, начал раздражать. Вроде бы не так жарко как в уазе, но как-то не комфортно.
— Вон, глянь чего нашёл. — обернулся я к Леониду и передал ему найденную фотокарточку.
Тот взял её, посмотрел со всех сторон, даже понюхал зачем-то.
— И что ты хочешь услышать?
— Твое мнение. — ответил я. — Что за люди, какой год, ну и вообще...
Леонид задумался.
— В машине была?
— Ага. За козырьком.
— Не знаю... Вроде обычная фотка, годов девяностых, может конца восьмидесятых, мужик работяга, — вон, руки какие, баба ничё так, симпатичная. Пацан как пацан, что тут ещё сказать?
— Не знаю, может я чего-то путаю, но мужика этого я грохнул сегодня. Он как раз за этим самым рулем сидел.
— Бывает. Не парься, все там будем. И вообще, они первые начали.
— Да ты не понял... Я не переживаю, просто напрягает кое-что... Мужик этот — снимок старый, а он почти не изменился. Я подумал может пацан подрос, но он же рыжий, а мужик чернявый. Как такое возможно?
Леонид снова замолчал. Поначалу, как только остановились мне показалось что он совсем плох, но сейчас, на ветерочке, он заметно приободрился. Видно конечно что не здоров, но по сравнению с тем, каким его загрузили в машину — небо и земля.
— Да мало ли... — я уж и забыл о чём спрашивал, как он наконец ответил, — Может похож просто, может брат это его, или сынок, только не тот что на фото, другой какой-нибудь. А может и сам это он. Кто ж теперь расскажет?
— А как же время? Он ведь должен был стариком уже быть. — обернулся я к Леониду.
— С чего ты взял? А если в его реальности сейчас как раз девяностые? Откуда нам знать?
— Просто если эти люди оттуда, — возразил я, — из Союза, то наверняка с ними можно по человечески договориться. Скажешь нет?
— Конечно скажу. А еще скажу чтобы ты не забивал голову всякой чушью, — не один ли хрен, кто он и откуда? Нам сейчас о другом думать нужно, — как до станицы доехать и хвоста не привезти, а ты херней всякой занимаешься...
Отвечать я не стал, да и не требовалось, кругом Леонид прав, — какая разница кем этот мужик был в прошлом, главное кто он сейчас.