Может быть пока мы едем, из города выехало несколько сотен подобных «переселенцев» с одной единственной целью — найти станицу и разграбить её. Нам ещё крупно повезло что перенос пришёлся на весну, и у нас было время подготовиться, а случись иначе? Окажись мы здесь летом, попали бы прямо в лапы к таким вот «караванщикам», и продавали бы потом нас и наши вещи вот так же на местном базаре.
— Ты так как? Живой? — Леонид совсем притих, и я заволновался.
— Живой пока... — едва слышно произнёс он.
Я обернулся.
Ну да, живой, но как то прям с лица спал. Надо бы тормознуть где-нибудь, глянуть как с повязками дела обстоят. Может пропитались насквозь, и не держат толком. Я хоть и не врач, но понимаю что ранения не самые серьёзные, при наличии медикаментов и нормальном уходе, лечение не затянется, главное довезти его, а там уж доктора разберутся. Да и ехать нам, если ничего не случится, ещё часов шесть-семь, так что потерпеть совсем немного остается.
— Чего-нибудь хочешь? Пить может?
— Нет. Спать только. И лечь как-то поудобнее бы...
Я ехал замыкающим, поэтому вполне мог остановиться и потом догнать, — машина позволяла.
Съезжать куда-то не было нужды, поэтому я как ехал, так и тормознул.
Обошел машину и заглянул в багажник. Нужна была какая-нибудь подушка, или толстое покрывало, — положить под спину, так чтобы раненой руки ничего не касалось.
Канистра с бензином, лопата, домкрат, трос, картонная коробка с какими-то железяками, несколько пустых полторашек, небольшая канистрочка с маслом, драные перчатки, кусок мыла, и помятое оцинкованное ведро — всё что осталось после ускоренной экспроприации.
Никаких тряпок, или чего-то подобного.
— Там под поликом ещё отдел есть, и сбоку должны быть карманы, — подсказал Леонид.
Точно, с двух сторон прикрытые щитками ниши, в одной пачка салфеток, в другой туго перемотанный бечёвкой бумажный свёрток.
Закидываю его Леониду.
— Глянь чего там.
Выкладываю весь хлам, убираю ковёр и поднимаю полик.
— Ну хрена себе... — не могу сдержаться, всё пространство подпола забито документами. Здесь и перемотанные резинками паспорта, и свидетельства о рождении, и стопки пластиковых водительских удостоверений, снилсы, и полюсы, и какие-то гербовые бумажки толсто забитые в пластиковые файлы. В общем целый архив в одном багажнике.
Описываю Леониду находку.
— Может он фетишист был? — предполагает тот. — Убивал людей, а документы скапливал."
"Я слышал что маньяки так делают, забирают какую-то вещь своей жертвы, но люди ведь не таскают с собой кучу бумажек? Ладно права с паспортом, еще как-то укладывается, но свидетельства и прочее?
Нет, тут что-то другое.
— А у тебя там что? Открыл? — я вытащил из пачки пару паспортов.
Обычное фото обычного парня. Брюнет, правильный овал лица, слегка курнос, на щеке родинка.