В темноте рванувшийся из кабинета свет мелькнул в глазах Алексея Савельева. Он поднял голову и увидел перед собой бывшего военнопленного, чьи глаза словно полыхали тоской в потухшей дневнике. Ответ он уже готовил — повторение того самого рассказа, который выслушал не раз, отмечая каждую дату и деталь....
Каждый получил свой груз, кроме «Голубчика», он шагал налегке. Остальные скрипели зубами, ругались вполголоса, но не возникали, боясь вызвать гнев главаря.
Всю ночь они тащились через сырые перекаты земли и валежника. А у Алексея никак не получалось уйти из поля видимости «Голубчика». Тот зорко следил за новеньким, постоянно проверяя глазами, на месте ли тот, как ведет себя, о чем говорит с остальными. Да никто особо не разговаривал, придавливал к земле тяжелый груз, от усталости и голода хотелось вмазать кому-нибудь от души по роже или по привычке упиться до беспамятства брагой.
– А что дальше-то? Придем мы туда – и как работать будем? Я медвежатник, а не минер. Устраивать взрывы не умею, а, «Голубчик»? Кто минировать будет?
– Заткнись, – рявкнул на него главарь. – Разберешься.
– А не надо было до смерти «Лешего» забивать. Он на мельнице вон как все хитро продумал, устроил.
«Голубчик» вдруг резко развернулся, ударом под колени сбил подельника с ног и приставил к его горлу узкое лезвие финки:
– Ты, сявка, заткни пасть и не вякай. Не посмотрю, что ты блатной, почикаю на ремни, – он убрал нож и вытащил из-за пазухи измятый лист бумаги. – Мне «Старик» инструкцию дал, что, куда и как соединять. Я не дурак, добазарился с ним.
Алексей дернулся вперед:
– Давайте я посмотрю, нас на курсах обучали в немецком лагере. Готовили для диверсий, я умею закладывать взрывчатку.
«Голубчик» просиял, толкнул его в плечо:
– Шпик-то кумекает! Ладно, давай скидывай поклажу. Пускай эти тащат.
По его приказу груз Савельева разделили между остальными бандитами, а он теперь стал приближенным к главарю по строгой бандитской иерархии. Акимка тоже был доволен раскладом, он шел, потирая шею, и тихо бормотал под нос:
– Удумал, взрывать.
А Алексей попросил Михаила:
– Можно я посмотрю, что там написано. Схема минирования, она может быть разной. Надо знать метраж и где устанавливать заряды, – контрразведчик блефовал. Он ничего не смыслил в минировании, а на войне служил в стрелковой роте. Хотя, конечно, и сталкивался в ходе военных действий с минными полями.
