Автор
В холодной больнице, где воздух напоминал сухой песок, он жаловался на отсутствие молока и нежился в одиночестве. Его тело перешло из одной остроты боли в другую, заставляя меня размышлять о чужом мире, где такие обычные вещи как молоко не имеют значения. Этот рассказ раскрывает драматичную историю, где каждое слово служит ярким свидетельством страха и надежды в изолированной атмосфере кризиса....
Ой, лучше бы этого не делала! Боль пронзила голову вязальными спицами безумной домохозяйки. Вот это пробуждение! Убила бы за обезболивающее, но для этого надо подняться и куда-то пойти…
— Эиринн, деточка! Мы тебя разбудили? — встревожилась Нисса. — Как ты?
— Еще не знаю, но голова очень болит! — пробормотала я, пытаясь одной рукой помассировать виски, а другой нащупывая сложенное рядом платье. Правильно я в сорочке легла, как знала, что проснусь, и Бэк будет тут как тут!
Потрогала скулу — хорошо хоть не распухла, а то была бы совсем красавица.
— О, гляди-ка, проснулась! — подал голос Бэк. — А что болит, так сейчас подправим. Нисса, где твое лекарство?
— Что за лекарство-то? — Я поморщилась от громкого голоса. Да ну этот Поток, лучше я травок-муравок напьюсь… А то кто-то у нас нервный, почувствует еще магический след, будет допытываться, а не заходил ли Кейн.
— Эиринн, деточка, я ведь специально для тебя купила, — вздохнула женщина. — Подожди немного, разведу с горячей водой!
Нисса выловила из корзины, с которой она обычно ходила за покупками, небольшой горшочек На нем был нацарапан знак храма Бригиты — такой же я видела на амулете Меры.
— А поможет? — спросила я. Приятно, конечно, когда о тебе заботятся.
— Поможет, — заверил Бэк. — И я хлебну! А то у меня давно голова болит…
Плотоядный взгляд на мою грудь под тонкой сорочкой придал скорости. Я натянула платье, поднялась и, покачиваясь, пошла к выходу. Долго стояла, опершись на забор, разглядывая зарево от дальних костров, прислушиваясь к отголоскам песен, что долетали до Квартала Нищих.
"Нисса сунула мне в руки большую кружку с горячим напитком. Я принюхалась — пахло полевыми цветами. На вкус — горьковатый травяной настой.
