Автор
В холодной больнице, где воздух напоминал сухой песок, он жаловался на отсутствие молока и нежился в одиночестве. Его тело перешло из одной остроты боли в другую, заставляя меня размышлять о чужом мире, где такие обычные вещи как молоко не имеют значения. Этот рассказ раскрывает драматичную историю, где каждое слово служит ярким свидетельством страха и надежды в изолированной атмосфере кризиса....
Но, к моему удивлению, меня не смыло цунами ревности.
— Доверься мне, — сказал Райвен. — Со скандалом я разберусь. Пойдем, познакомлю тебя со своими…
— Ты что?! — испугалась я. — Я им не понравлюсь…
В мужской одежде, с разбитой скулой, в пыли извалянная и Райвеном зацелованная… Ну и видок, должно быть!
— Ты очень красивая, — сказал он и улыбнулся. — Только немного растрепанная.
Сам растрепал, потому знакомиться потащит только волоком! Я уперлась и не двигалась с места.
— Ладно, — смирился он. — Ну, раз не хочешь, то беги домой, пока я не передумал! До вечера!
Дотянулся и поцеловал еще раз.
Палатка Гильдии Нищих пустовала, что несказанно порадовало. Я переоделась в зеленое платье, подхватила корзинку и, морщась от головной боли, поспешила к выходу. Конечно, правильнее бы найти Кейна и все же поучаствовать в скандале; предупредить Бэка, чтобы не ставил на следующий бой; сказать Ниссе, что я ухожу.
Улыбаясь, я шла по направлению к мосту, за которым начинались ремесленные кварталы Туиренна, а на отшибе, за большим холмом, поросшим жухлой травой, лежали развалины Квартала Нищих. Люди, попадавшиеся по дороге, узнавали, приветствовали, удивленно оглядывались, но я лишь прибавляла ходу.
Вернувшись в жилище Ниссы, я подкрепилась остатками куриного супа — ведь с самого утра ничего толком не ела. Затем скинула одежду и вымылась в тазике, мечтая о большой бадье с горячей водой, такой, как в доме Кейна. Вот бы провести в этом мире водопровод! И еще контрабандой протащить мобильную сеть, обезболивающие таблетки, телевизор и газовую плиту.
"Представила его за рулем хищной иномарки, дожидающегося, когда я выпорхну из подъезда.
