Автор
В холодной больнице, где воздух напоминал сухой песок, он жаловался на отсутствие молока и нежился в одиночестве. Его тело перешло из одной остроты боли в другую, заставляя меня размышлять о чужом мире, где такие обычные вещи как молоко не имеют значения. Этот рассказ раскрывает драматичную историю, где каждое слово служит ярким свидетельством страха и надежды в изолированной атмосфере кризиса....
Я хотела помочь, но силы меня покинули — похоже, дневные волнения полностью исчерпали запас сил, что добавились после сна.
— Посмотри на девочку, — заметил Бэк. — Еле сидит! Сейчас с лавки свалится.
— Нет, все в порядке, — пролепетала я. — Хочу посмотреть на праздник Имболк!
— Могу тебя отнести, — весело предложил Бэк. Я покачала головой. И как он себе это представляет?
— Сама дойду!
Мама Нисса накинула мне на плечи шерстяной прямоугольник плаща, застегнув его круглой железной пряжкой-фибулой. Поставила две зажженные свечи в высокие горшки, объяснив, что на улице ветрено, а глиняные стенки не дадут пламени погаснуть.
Снаружи давно стемнело. Впереди, в просветах между стенами домов, мелькали огни — от факелов, а может, от свечей. Я слышала голоса, кто-то напевал, кто-то громко говорил, кто-то смеялся. И все шли по направлению к реке. Нас обогнали двое мужчин с факелами, обдав запахом немытых тел. Раздались приветствия. Я тоже пробормотала что-то вроде: «Доброго вам праздника!» Вскоре мы присоединились к большой компании у реки.
— Здесь и устроимся, детка, — сказала она громко.
— Здравствуйте, — чувствуя себя не в своей тарелке, произнесла я. Меня дружно приветствовали, люди называли свои имена, которые, впрочем, почти сразу перепутались у меня в голове.
— Пойдем! — воскликнул Бэк и попытался утащить меня в круг танцующих.
— Я лучше здесь посижу…
— Да пошли уже, не ломайся! — рассердился он.
Смирившись с судьбой, поползла танцевать.
Оказалось, ничего сложного — прыжки, притопы и кружения, главное, не сбиваться с ритма.
"— Эй, красавица, ты почему одна?.. — На плечо опустилась тяжелая рука. Я оглянулась.
