В темном цирке-кошмарах женщина теряет свою маленькую жизнь среди повседневной суеты. Глубокая тьма освещается только извивающимися люминесцентными лампами, создавая мрачную атмосферу. Ее глаза — последние вибрации жизни — светятся от ужаса и боли.
Эй, карлик!
Кажется, этот человек должен был заняться матерью мальчишки. Вот и занимался бы, а не лез не в свое дело.
Чужая рука схватила карлика за шиворот, но он непринужденно вывернулся, по ходу ткнув мешающего человека в живот.
– Ты… – проговорил тот хрипло и удивленно.
Гуттаперчевый не стал уделять уже устраненному препятствию время: сам виноват, если не знает, что никогда нельзя вставать между правой рукой профессора и тем, что эта рука творит.
Убивать его научили уже давно. Он умел делать это, наверное, сотней способов.
– У-убей м-мена-я! – послышалось со стороны кровати.
Глупый, наивный уродец надеялся купить жизнь своей новообретенной мамочки собственной кровью. Дурак! Да кому он нужен!
– Эй, что здесь творится? Вадим… Блин!..
Второй из присланных профессором людей, связавший вторую дамочку, заглянул в комнату и, понятно, тут же наткнулся на труп своего товарища.
Щелкнул пистолет, но карлик, конечно, был наготове. Предназначенная для него пуля вошла в тело женщины.
– Чокнутый карлик! – взревел помощник профессора и снова выстрелил. Опять мимо. Да, у них в цирке обучают значительно лучше."
"Он снова расхохотался, но вдруг почувствовал, что что-то идет не так. Какой-то посторонний звук с улицы… Шум едущей по дороге машины. Случайных автомобилей здесь быть не должно. А значит, нужно заканчивать быстрее.
Духовая трубка помогла расправиться с последним препятствием.
Он наклонился над женщиной. Еще живая, хотя и без сознания.
Жаль, она так и не попробует все, что он может для нее приготовить.
Увы, одному ему не утащить тело сейчас, когда ее друзья уже близко.
Придется закончить все быстро. Не вовремя они вернулись, ох как не вовремя!
Он в последний раз всмотрелся в ее красивое холеное лицо с тонкой линией бровей, прямым носом и впалыми щеками, на которых лежала густая тень от ресниц, жадно втянул запах – аромат духов и крови – и решительно чиркнул по белому беззащитному горлу ножом.
Все кончено.
Все кончено…
11
Осознанный выбор
– Ну что, теперь все кончено, – Серж подпер голову рукой. В глазах его читалась такая тоска, что сердце Алисы сжалось от жалости.
Когда Серж нашел убитую Моник, девушке показалось, что он сошел с ума. Он стоял над телом, далекий от всего окружающего, а сквозь сжатые зубы прорывался то ли вой, то ли рычание. Монотонное, на одной ноте, очень страшное.
