В темном цирке-кошмарах женщина теряет свою маленькую жизнь среди повседневной суеты. Глубокая тьма освещается только извивающимися люминесцентными лампами, создавая мрачную атмосферу. Ее глаза — последние вибрации жизни — светятся от ужаса и боли.
И вот тогда у Алисы вдруг собралась цельная картинка. Ну конечно, Серж любил свою хозяйку! Любил, но держал это глубоко в себе, его чувства лишь изредка прорывались наружу случайным жестом, быстрым взглядом… Каково это: любить кого-то и потерять – так страшно, не успев произнести ни слова любви…
Но все же Серж был настоящим мужчиной, он сумел взять себя в руки и загнать свое отчаяние куда-то в глубь сердца – туда же, где жила его любовь.
Алисе было его ужасно жалко, и в то же время она не могла не позаботиться о том, кто сейчас больше других нуждался в заботе.
– Моник хотела забрать Квазимодо, – напомнила девушка, встав перед французом. – Вы не можете его бросить. Она умерла, защищая его. Вы понимаете? А еще он очень умный. Он сумел позвать меня на помощь.
Серж усмехнулся одним уголком рта.
– Ну конечно, этот урод ужасно способный! Кажется, ты говорила, будто он может влиять на сознание… Так почему же он не остановил убийцу?!
– Он пытался, – горячо вступилась за малыша Алиса.
– Такое бывает, – подтвердил Олег. Он сделал шаг и встал рядом с Алисой.
Ей было это очень приятно – то, что они выступали вместе, что он разделял ее цели.
Серж отвернулся, избегая их взглядов. После смерти Моник он держался из последних сил.
– Она полюбила Квазимодо, – напомнила девушка.
Серж молчал, а потом все же повернулся к ребятам.
Глаза его были потухшими, словно выцветшими.
– Хорошо, – сказал он тихо, – я позабочусь о ребенке. Можете не волноваться, и… спасибо.
– Вам спасибо, – Олег пожал Сержу руку. – Мы спасли хотя бы Квазимодо и мою маму… Но теперь вы уедете, я понимаю…
Только тут Алиса поняла, что дела Сержа в России закончены, больше его ничего здесь не держит. А значит, они останутся без защиты – наедине с проблемами, убийцей и профессором, который явно еще не готов смириться и успокоиться.
– Не бойтесь, – Серж улыбнулся хотя и грустно, но уже по-настоящему, – я вас не брошу. Моник не хотела бы этого… Я увезу малыша, ему будет безопаснее во Франции. Если хотите, поедем все вместе. Переждете какое-то время, а мои люди попытаются разобраться с профессором.
Предложение было заманчивым. Уехать ото всех проблем, переждать их под надежной защитой.
