Порог этого дома застыл в вечном молчании — мужчины больше не возвращаются. Здесь все тихо и холодно, словно под заслоной бессмертия, где только черемуха медленно распускает свои яркие цветы перед разлукой с зимним солнцем.
Не объяснять же про Сажина [1], про приказ, который выполнять не хотелось, а надо, потому что приказ; про свое состояние после… когда Алексей не нашел в себе сил вернуться на любимую некогда работу и отправился в свободное плавание. Это долго, да и лишнее. Кто они друг другу?
– Если бы не Борька…
Видимо, Борька был началом цепочки. Друг, с которым Боярский вместе учился в универе и к которому приезжал прошлой зимой. Потому что Леонидов никакого Борьку не знал.
– Мы могли бы встретиться?
Он еще не решил, как обращаться к парню.
Видимо, и Боярский с этим не определился. Так и обращались друг к другу: безлико, на вы.
– Я до вечера занят. Работа.
– А в обеденный перерыв?
– Работы у меня много.
Какой упрямый!
– Ты вы хотите мне помочь или нет? – потерял терпение Алексей. А то придется Борьку искать. И найдет ведь!
– Почему вы не можете подождать до вечера?
– Потому что вечером у меня запланирована встреча.
– Как будто это вы на работе, а не я, – хмыкнул Боярский.
Ну и характер!
– Я вас уламываю дольше, чем девушку, с которой собираюсь поужинать, – все-таки не удержался и съязвил Алексей.
– Так это никакие не дела! Понятно, московские понты. – И у Боярского нервы сдали. Тоже нахамил. Ну не любят в провинции москвичей, и это еще мягко сказано.
– Хотите, верьте, хотите, нет, но встреча деловая.
– Ага. В ресторане. А чего на улице не встретиться?
Это называется: нелюбовь с первого слова.
Ведь если все серьезно, получается, иркутская криминальная полиция прощелкала труп. А может, и не один. Вдруг здесь, в отеле, орудует банда?
– На улице слишком шумно, а мне надо человека разговорить. А для откровенного разговора расслабить, – Алексей постарался говорить спокойно. – Подробностями этого разговора я охотно с вами поделюсь, но на ужин пригласить не могу. Не хочется светить свои связи с полицией в отеле и в ресторане при нем.
– В каком еще парке?
– Где цветет черемуха и полно исторических надгробий. Рядом с отелем, в котором я остановился.
– А, вы про бывшее кладбище… Понятно. Хорошо, я могу туда подойти, – сжалился Боярский.
Алексей с неприязнью подумал, что место работы дознавателя недалеко. И чего ломается? Цену набивает?
– Вот и отлично: прогуляемся и поговорим. Во сколько? – нетерпеливо спросил Алексей.
