Порог этого дома застыл в вечном молчании — мужчины больше не возвращаются. Здесь все тихо и холодно, словно под заслоной бессмертия, где только черемуха медленно распускает свои яркие цветы перед разлукой с зимним солнцем.
В одной его части, той, что ближе к рынку, продавали дорогой алкоголь, в другой находилось небольшое кафе. Столики в наличии, только клиентов не было. Но это можно объяснить: еще даже не полдень.
Он пошел вдоль полок, разглядывая бутылки, и мысленно ахнул: ничего себе цены! Неудивительно, что посетителей нет. Насторожившейся продавщице – клиент ничего не покупает, только смотрит – он так и сказал:
– Однако дорого у вас. Цены прямо московские!
– А вы из Москвы? – в ее голосе особой радости не было.
– Командированный.
– И чего вы хотите? У вас, москвичей, денег куры не клюют.
– Москвичи тоже разные бывают. А часто у вас покупают дорогое вино? Или в основном крепкий алкоголь?
– Вам-то что?
– Да вот, осматриваюсь. Вас как зовут?
– Ну, Света.
– А я Алексей. Сейчас спешу на встречу, но после обеда зайду, вино куплю. – Если он сразу предложит ей присесть за столик и чего-нибудь выпить, женщина, само собой, откажется. А она – ценный свидетель. Нельзя ее спугнуть.
– Мне-то что, – пожала плечами Света.
– Я здесь дней на десять застрял. Живу в отеле через дорогу. Так что буду у вас бывать. Вечерами-то скучно.
– Да вы, командированные, не особо скучаете, – хмыкнула она.
Ага! Клюнула!
– Вот об этом мы с вами и поговорим, Светлана, – многообещающе сказал Леонидов.
И отправился на рынок. Он же хотел покормить Боярского, чтобы как-то компенсировать пропущенный Сергеем обед, да и себе прикупить что-нибудь из еды. По ресторанам ходить – разоришься. Это провинциалы уверены, что москвичи деньги лопатой гребут, а деньги валяются прямо под ногами, как фантики от конфет.
Как и в любом другом городе, в столице есть и бедные, и богатые. И снобы, и милейшие интеллигенты. И добрые, и одержимые ненавистью к тем же приезжим. И грязнули, и чистюли, которые ни за что не пройдут мимо валяющегося на тротуаре стаканчика из-под кофе навынос. Нагнутся, подберут и бросят в урну. В общем, всякие есть. Но сформировался образ москвича, который не отоваривается в дешевых магазинах, не улыбается, избегает общения с местными и считает дырой дырянской все, что находится за МКАД.
Алексей был готов к такому отношению, мало того, собирался это использовать в своем расследовании. Одним из мотивов, послужившим толчком для убийства Руслана Скворцова, могла быть именно ненависть к москвичам.
