В третьей книге цикла dark academia интриги достигают апогея. Готье открывает страшную правду о Скэриэле, а граница между друзьями и врагами стирается. В Ромусе и Запретных землях разворачивается опасная игра, где каждый шаг может стать последним, а союзы распадаются быстрее, чем формируются.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Да здравствует принц!»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В третьей книге цикла dark academia интриги достигают апогея. Готье открывает страшную правду о Скэриэле, а граница между друзьями и врагами стирается. В Ромусе и Запретных землях разворачивается опасная игра, где каждый шаг может стать последним, а союзы распадаются быстрее, чем формируются.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Фрэнсис Кель Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
В третьей книге цикла dark academia интриги достигают апогея. Готье открывает страшную правду о Скэриэле, а граница между друзьями и врагами стирается. В Ромусе и Запретных землях разворачивается опасная игра, где каждый шаг может стать последним, а союзы распадаются быстрее, чем формируются.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Всем всё понятно?
Все сидели не шелохнувшись. Кто-то закашлялся и прочистил горло.
– Раз всем всё понятно, тогда начнём. Сегодняшняя лекция вводная. Нас окружают разные люди. Давайте составим иерархию. Кто будет на вершине?
На вершине, которую создали сами чистокровные, путём обмана и насилия? Даже не знаю, дайте подумать. А есть варианты?
Эдмунд поднял руку, и профессор Прист разрешил ему ответить.
– Чистокровные, сэр.
– Твоя фамилия, патриций.
– Хартманн, – тихим голосом ответил Эдмунд.
– Патриций Хартманн, ты знаешь, что чистокровные тоже бывают разные. Есть истинные чистокровные, а есть те, кто очерняют нашу репутацию, портят нашу кровь.
Он говорит про отщепенцев. Я был в этом уверен на сто процентов. По коже пошли неприятные мурашки.
– Я не знал этого, сэр, – неуверенно признался Эдмунд.
Профессор Прист встал перед нами.
– Чистокровные в свою очередь делятся на истинных, гнилых и отщепенцев. Поднимите руку те, кто знает, кто такие гнилые чистокровные.
Я обернулся. Меньше половины аудитории подняли руку. Я знал этот термин после сеанса с миссис Рипли, но решил не подавать виду.
– Гнилые чистокровные существуют в нашем обществе. Их ничтожно мало, но они всё ещё есть. Это чистокровные, рождённые у родителей, которых мы вполне можем называть истинными. Гнилые чистокровные выглядят как мы, говорят как мы, получают те же привилегии, что и мы. У них бледная кожа, светлые волосы и глаза, они финансово стабильны, и, скорее всего, их семьи занимают высокие посты, они имеют всё, за одним исключением. Они не владеют тёмной материей. По силе они на уровне низших.
По аудитории прошёлся гул, все стали переглядываться.
– И вот вопрос. Имеют ли гнилые чистокровные равные с нами права? Можем ли мы воспринимать их, как истинных чистокровных? Подумайте об этом. Это будет темой для эссе в качестве домашнего задания. Я жду к четвергу не менее пяти листов с рассуждениями.
* * *"
"Оливер нервно поправлял перчатки, в то время как я и Леон в полной экипировке ждали его, усевшись на широкий подоконник. Нам следовало поторопиться в спортивный зал, ведь до начала занятия оставались считанные минуты. После лекции по евгенике с профессором Пристом стояли пары по фехтованию. Сначала наш поток целый час разминался и отрабатывал стойки с выданными пластиковыми шпагами, прежде чем профессор Бертран, преподаватель в местном клубе «Сталь и блеск», разрешил, – я бы сказал, милостиво снизошёл до просьб патрициев, – сделать двадцатиминутный перерыв, посетить душевые и переодеться в фехтовальные костюмы. Оливер, кажется, потянул ногу после бега, а у меня разболелось ребро, о котором я за это время успел благополучно позабыть.
