В дамском отеле под Собором Парижа оживают истории городских дам — будь то знаменитые модницы, бывшие шпиона или простая рабочий женщина. Атмосфера напряженная и таинственная, как в детективе, когда каждый номер может быть ключом к раскрытию загадки главной героини.
– А разговаривать можно?
– Даже нужно!
– Дом совсем новый. Вы недавно переехали?
– О да, перед Новым годом.
– А раньше где вы работали?
– Снимала халабудку. Не хотела, чтобы сын дышал красками.
– Но вы же знаменитый художник! От Союза художников у вас не было мастерской?
– Да что вы! Я же не член Союза.
– Но почему?
– У меня нет высшего образования. То есть, я окончила в свое время юрфак МГУ, но…
– Так вы что, самоучка?
– Можно и так сказать. Правда, я два года ходила в художественную студию…
– Ну надо же! Я видел некоторые ваши работы.
– И какие же мои работы вы видели, кроме портрета мадам Белецкой?
– Видел кое-какие ваши пейзажи у Вишневецких. И еще портреты Гусева и Майского. Просто здорово! Но как вам удалось пробиться на этот рынок?
– Да я и не пробивалась. Как говорил Булгаков, сами пришли и принесли заказы… Видимо, удалось потрафить. Но если честно, я больше люблю пейзажи писать…
– Что, рожи надоели?
Она взглянула на него с интересом.
– Да не то чтобы…
– То есть, вы пишете портреты для денег?
– Да! Благодаря портретам я смогла нормально вырастить сына, построить дом… Да я люблю писать портреты, очень, мне это интересно. Просто в идеале хотелось бы писать тех, кого самой захочется. Только и всего.
– А меня вам захотелось бы писать?
– Вы кокетничаете?
– Так! Отбрили! – засмеялся он. – Поделом мне, нечего задавать идиотские вопросы.
Она молчала.
Часа через два Сандра отложила альбом и сказала:
– На сегодня все! Завтра уже буду писать.
– Хочу, но времени уже нет совсем. Спасибо! Тогда до завтра.
Он уехал.
Сандра просматривала свои наброски. Кажется, удалось схватить суть… Этот человек – заложник своего окружения, хотя он явно выше него на целую голову. И жена его, по-видимому, такая же пошлая дура, как Верочка Белецкая. Можно, конечно, заглянуть в Интернет, посмотреть, что за птица, но лень. И зачем мне знать, какая у него жена. Захочет, сам скажет, а я просто пишу портрет для офиса.
А Сутырин был впечатлен этим сеансом у Ковальской. Интересная женщина, необычная, умная. Острая. Ну да ладно. Времени нет ни на что.
Вечером жена спросила:
– А почему это ты ездишь к этой Ковальской? Могла бы и она приехать, не развалилась бы за такие бабки.
– Мне так удобнее. И ей тоже. Она работает у себя в мастерской. Там специальное освещение."
"– И когда ты опять к ней поедешь?
– Завтра.
