Автор
На проселочной дороге граф Чернышев находит девушку, поразительно похожую на его пропавшую год назад жену Лидию. Загадочная незнакомка не помнит своего прошлого, но ей известны тайны, которые должны были умереть с Лидией. Граф вынужден разгадать страшную истину: кто перед ним — возвращенная...
– Мне кажется, после наших требований, – вставил Лазаревский, – они точно развяжут войну. Полиции и солдат нагонят везде. Они уже бояться и чуют, что мы что-то готовим. Игорь едва живым ушел от них и то оттого что чиновник из охранки близкий друг нашего графа.
– Тем не менее начнем все спокойно. А дальше видно будет, – сказал Сергей.
Оторопев, Надя внимательно слушала каждое слово говоривших, понимая, что Сергей и Велина Александровна были организаторами некоего сообщества, которые боролось против царских указов. Она понимала, как это опасно и что за это может грозить. Надя знала историю России и прекрасно помнила о том, что недовольных режимом и вообще подозрительных людей закрывали в тюрьмах, а иногда и ссылали.
Собрание окончилось спустя полчаса. А когда все мужчины и старушка покинули просторную комнату через камин, граф Сергей затушил свечи и, приблизившись к зеркалу и щелкнув потайным замком, открыл створку. Когда он вошел в комнатку, где была Надя, она схватила его за руку, неистово сжав ладонь.
– Вы с бабушкой организовали это тайное общество? – выпалила она напряженно, обеспокоенно глядя на любимое лицо.
– Да. Общество трезвости. Их несколько десятков по двенадцати губерниям. Мы со всеми поддерживаем связь.
– Вы боретесь против питейных заведений?
– Да, за запрет и навязывание продажи водки и вина на всей территории России. Государство наживается на здоровье людей, уже почти треть налога состоит из алкогольных сборов. Это гнусность. Губить и спаивать свой народ, чтобы озолотиться и пополнить казну.
– Вы как декабристы.
– Можно сказать и так, – хмыкнул граф хмуро. – Только мы не пытаемся свергнуть власть, мы хотим, чтобы нас услышали. Мы не желаем кормить торговцев сивухой и власть имущих за счет увеличения пьянства и пьяниц.
– Ты прав, это очень гнусно со стороны властей, но это опасно. Вас всех арестуют, – обеспокоенно сказала девушка, отпуская руку графа и чуть отходя от него.
– Именно поэтому мы объединяемся. Когда поодиночке сломают. Но теперь мы сила и заставим нас услышать.
– И все же…
– Сейчас ты понимаешь, отчего я не хотел говорить тебе все. Только ради твоей безопасности, – сказал он тихо и, подойдя к девушке, обнял ее.
– Я уже все поняла, – кивнула она.
– И все слуги скрывают, что в моем доме проходят собрания общества. Так как знают, что это очень опасно. И в правом крыле со свечой около полуночи ходил я, в это же время ты слышала мужские голоса. Мы как раз собирались в это время.
– В 23.30! – выпалила она.
