В этой уютной истории про нас, ты встретишься с двумя женщинами — маминым взглядом на дом растраховывается, а мой удивленно расширяется, открывая новые уголки нашего небоскрёба. Вместе мы заблуждаемся по лестнице, и та неожиданно становится зеркалом наших душ — здесь нашли место любовные признания, а на каждом пролете отразится разное сознание мира....
– Давно уже… Ездил туда по заданию одного журнала… Как интересно, – Йохан покрутил ус. – Я впервые вижу человека, который интересуется Уналашкой.
– А я в первый раз вижу человека, который был в Уналашке.
– Марк просто помешался на этой Уналашке. Нашел ее когда-то на карте и с тех пор не может успокоиться.
– Если захочешь, я могу рассказать тебе про это место и показать другие фотографии. Но сначала я хотел бы с вами поговорить. Пойдемте за стол?
Йохан зажег свечи, которые стояли на столе в красивых высоких подсвечниках, и предложил нам сесть.
– Не стесняйтесь, пожалуйста, – сказал Йохан. – Ешьте все, что вам нравится. Все очень свежее… Вкусное.
На столе лежали аппетитные булочки, оливки, вонючие сыры, которые любит мама и ненавижу я, нежно-розовая ветчина и какие-то паштеты. Воспользовавшись тем, что мамин нож увяз в сыре, я набил рот ветчиной.
– Марика, Марк, – начал Йохан взволнованно.
– Случайности неслучайны, – пробормотал я, но из-за ветчины получилось что-то вроде «шушушушу».
– Еще я подумал, что в этой истории есть еще один важный человек, и вести этот разговор без него было бы неправильно. То есть без нее… Марика, вы, наверное, поняли, что я говорю о вашей маме. Есть ли у вас возможность ей позвонить?
– Да, конечно, мы можем позвонить ей по скайпу.
– Пожалуйста, – сказал Йохан.
Сначала раздалось «ту-ту-ту-ту», а потом на экране маминого телефона появилась бабушкина грудь в ярко-розовой кофте.
– Марика! – закричала она так, что у меня задрожали уши. – Привет! А где Морковкин?
– Мама, не кричи так. Мы прекрасно слышим тебя. Но не видим. Убери телефон подальше.
– Сейчас, – бабушка нажала на другую кнопку и экран перевернулся в другую сторону, переключившись с кофты на рюмку с ликером.
– А теперь видно?
– Ба, тебе надо нажать на кнопку, которая переворачивает изображение в другую сторону, – закричал я.
– Привет, Морковкин! – крикнула бабушка. – А так видно?
Теперь вместо рюмки на экран вылезли ее глаза в очках, а носа и рта по-прежнему не было видно.
– Что у вас нового?!
– Мам… – мама сделала попытку перейти к делу.
– Какие новости, говорю?!
– Мама, послушай. Мы в гостях.
– Чудесно! Просто чудесно! С кем-то познакомились?
– Можно и так сказать.
