В этой уютной истории про нас, ты встретишься с двумя женщинами — маминым взглядом на дом растраховывается, а мой удивленно расширяется, открывая новые уголки нашего небоскрёба. Вместе мы заблуждаемся по лестнице, и та неожиданно становится зеркалом наших душ — здесь нашли место любовные признания, а на каждом пролете отразится разное сознание мира....
Мы тут встретили одного человека, и, возможно, ты его знаешь.
Бабушка подняла очки на лоб и отошла подальше от экрана, а Йохан пролез к телефону, так что с нашей стороны скайпа весь экран заняли его усы, нос и глаза.
– Марта, здравствуй. Это Йохан. Йохан из Голландии. Помнишь меня?
Кажется, бабушка уронила телефон, потому что на экране все потемнело и на той стороне раздался грохот. Потом послышалось громкое шуршание. Наконец, тьма рассеялась, и на экране появилось бабушкино лицо.
– Здравствуй, Йохан. Конечно, я тебя помню.
Глава 29. Алё, алё, Марта?
Это был очень длинный вечер. Сначала бабушка и Йохан долго разговаривали. Они то смеялись, то ссорились, то кричали друг на друга, то снова смеялись. Бабушка, кажется, выпила весь «Бейлис», потому что она стала странно разговаривать, а щеки у нее покраснели. Потом Йохан попросил нас подержать телефон так, чтобы его было видно, и сел за пианино. Он сделал глоток вина и сказал:
– Я хочу спеть одну песню и посвятить ее Марте.
Он опустил пальцы на клавиши и закрыл глаза.
"Оператор, пожалуйста, соедините меня с этим номером.Столько лет прошло…Вспомнит ли она мой голос,Пока я буду пытаться сдержать слезы?Алё, алё, Марта?Это Том Фрост.Я звоню издалека,О деньгах не переживай.Прошло лет сорок, а то и больше.Марта, перезвони мне, пожалуйста.Давай встретимся, попьем кофеИ поговорим обо всем.Это были времена роз, поэзии и прозы,И все, что у меня было, – это ты, Марта,А все, что было у тебя, – это я.
Когда Йохан закончил петь и закрыл крышку пианино, я увидел, что у мамы снова все лицо в слезах.
– Мам?
– М.
– Я так ничего и не понял. О чем бабушка и Йохан говорили?
– Невероятно, но ты оказался прав: Йохан действительно снял ту фотографию, которая стоит у бабушки за стеклом.
– А почему бабушка ничего о нем не рассказывала?
– Думаю, мы спросим ее, когда вернемся домой.
Я помолчал, потому что все это не помещалось у меня в голове.
– Мам?
– Да, милый.
