Автор
В Амалии жуткая правда: мир мог бы исчезнуть из-за её ошибки. Но она не упустит шанс восстановить равновесие и вернуться в нормальную жизнь, отказываясь от ложного сознания спасения мира. Амалия шагает по тёмной тропе, где каждый шаг может лиши ее жизни или дать новую надежду....
Я даже не сказал, куда везу её, а она интересуется, как меня зовут.
– Даниил, —представляюсь я. – Но Данте привычнее.
– А я Ами… – ковыряет ногтем свои джинсы. – Амалия.
– Знаю, – удобнее перехватив руль одной рукой, второй ловлю её ладошку и крепко сжимаю.
– Откуда? – тонкий прохладный пальчик её свободной руки касается татуировки на тыльной стороне моей ладони, водит по конкуру рисунка, а у меня в висках пульс отбивает какие-то дикие ритмы, и перепачканный, «травмированный», нелепый медведь, сидящий на панели, словно смотрит с насмешкой.
Дёргаю головой, хрустнув позвонками. Хочется порычать на Огонька. Чего вот она со мной делает сейчас? Это я… чёрт, я даже не знаю, с чем сравнить! Когда хрупкая принцесса сама пришла в лапы к дракону. У него за рёбрами полыхает, а она доверчиво гладит его крылья, и он давится собственным огнём, пытаясь проглотить его вместе с дымом, лишь бы только не напугать и случайно не ранить.
Только у драконов замки, сокровищницы, если верить сказкам, а я пока могу предложить ей только себя.
– Слышал, – отвечаю на её вопрос. – Тебе всё равно, куда мы едем?
– Главное, подальше от дома, – тихо признаётся она, продолжая обводить рисунок на моей руке.
***
Спасибо огромное всем, кто идет со мной дальше по этой истории.
Глава 17
ДантеГромкое урчание в животе Ами подсказывает мне первый пункт нашего плана на сегодня. На её бледных щеках появляется лёгкий румянец и, распутав наши ладони, она обнимает себя по рёбрам обеими руками.
– Извини, – тихо и хрипло.
А я пытаюсь сообразить, чем и где её можно покормить. Не знаю же ни хрена. Что она ест? Есть ли аллергия. Что любит вообще? Могу только представить, к каким заведениям она привыкла.
– Ты мясо ешь? – спрашиваю у неё.
– Я не хочу есть, – обнимает себя сильнее. – Тошнит немного, – признаётся.
– Это нервное. Попробуй расслабиться, дыши глубже. Сейчас всё пройдёт.
Она опускает руки на колени как примерная девочка. Упирается затылком в подголовник и шумно вдыхает, прикрывая глаза. Кусает пересохшие губы, тяжело сглатывает.
Давлю на газ, пока позволяет дорога. В плотном столичном потоке приходится снижать скорость. Ищу ближайший магазинчик, возле которого можно удобно припарковаться. Покупаю Огоньку хорошую воду без газа и возвращаюсь в машину. Скручиваю крышку, протягиваю Ами бутылку.
– Спасибо, – она делает несколько маленьких глотков.
