Автор
В мирном постсоветском году 2007 года Эсмигюль расцвела в двадцатые годы — волосы цвета вороного крыла, глаза черные как ночь, губы бархатисто розовые. Кровь на снегу. Восточная красавица притягивала взгляды парней и подруг отмечала её красоту: самая первая выскочит замуж....
Эсми чувствовала колоссальную поддержку близких и снова пустила слезу: все-таки она что-то в этой жизни сделала правильно, раз ее возвращения ждут так много людей. А значит, она не мжет их разочаровать.
Позже медсестра подготовила ее к операции и велела надеть специальную сорочку. После ее положили на носилки и повезли в операционную. Она сложила руки на груди и прикрыла глаза, потому что от мелькающих ламп на потолке закружилась голова. Но вот они остановились и Эсми подумала, что сейчас уже завезут в операционную.
— Привет, родная, — услышав любимый голос, она распахнула глаза. На нее смотрел муж. На нем был специальный халат, перчатки, маски и медицинская шапочка.
— Муслим! Как ты тут? — она чуть не задохнулась от радости.
— Связи, — мужчина подмигнул и погладил ее по голове. — Нурлан разрешил тебя увидеть, но ненадолго. Я буду ждать здесь.
— Мне снился хороший сон.
— Мне тоже, — улыбнулся одними глазами.
— Какой?
— Дети.
— И мне, — поразилась Эсми. — Бабушка говорила, что дети снятся во благо.
— Значит, все пройдет отлично.
— Ну все, нам пора в операционную, — подгоняла их сестра.
— Я люблю тебя, Эсми. Я буду рядом, — он взял ладонь жены в свою, и стало так тепло, так хорошо, так спокойно.
— Я тоже люблю тебя, Муслим. Я вернусь, — пообещала она и накрыла другой рукой их сплетенные пальцы."
"Визуал и саундтрек вот здесь https:// /shrt/hxf1
Сегодня в течение дня буду компоновать главы, так что не пугайтесь, если книга поднимется в вашей библиотеке.
ЭПИЛОГ
Семь лет спустя
— Денизка такая смешная, на тебя похожа. Кажется, даже нос морщит, как ты, — шепнул Руфат, не удержался и поцеловал Лейли. Пусть в щеку, но так нежно и заботливо, как только мог. Она тут же зарделась и повернула к нему голову, задев кончиком носа его лицо.
— А Муслим — твоя копия. Волосы — точно твои и такой беленький, — Лейли осторожно погладила пальцем кулачок сына и снова испытала ни с чем несравнимое чувство счастья и безграничной, безусловной материнской любви. — Только теперь путаться будем. Дедушка — Муслим и внук Муслим.
— Ничего, привыкнем, — вполголоса посмеялся гордый отец.
— Всей семьей тебя отговаривали. Даже папа. А ты как всегда уперся. Кажется, твой родной отец немного обиделся.
