В ярком свете лампы в старинном особняке происходит дегустация волшебства. Васенька заходит на кухню, где предстоят встречи с необычными знакомыми и открытие новых возможностей. Грильяж для дегустации приносится с живописного платья молодого человека, а его собеседник старик в традиционной одежде старой России предлагает чаю....
Гоша зашел за занавеску и поставил на маленький обшарпанный столик бутылку коньяка.
Хозяин фотографии Шота Джинчарадзе был старинным Гошиным приятелем, они учились вместе в старших классах школы. Шота приехал с родителями в Петербург, тогда еще Ленинград, из Батуми – влажного и жаркого мандаринового рая. Они быстро подружились с Фиолетовым, их сблизила общая страсть к «тяжелому металлу», они обменивались дисками, переписывали друг у друга «AC/DC» и «Металлику». После школы их пути разошлись, Гоша занялся искусствоведением, а Шота вместе с отцом работал в доставшейся им от родственника маленькой частной фотографии.
– Шота, дружище, есть у тебя надежное место? Мне нужно на некоторое время спрятать одну вещь.
Шота с любопытством взглянул на друга:
– Как не быть? Сам понимаешь, я тут один, как памятник на площади, у всех на виду: то рэкет налетит, то налоговая, не к ночи будь помянута. Конечно, надо иметь надежное местечко… Большую вещь спрятать надо?
Гоша расстегнул сумку и вынул завернутый в холстину рулон. Шота кивнул.
– В разных местах искали, – сказал он, слезая с табуретки, – стены простукивали, пол поднимали, но на лампу никто не смотрел – глазам больно.
Безобидный вопрос приятеля почему-то расстроил Гошу. Он выпил залпом полстакана коньяка и с горечью уставился на обшарпанную стену фотоателье.
Как он живет? Ему неожиданно стало жалко себя, жалко до слез. Собственная жизнь показалась ему такой же жалкой и обшарпанной, как эта стенка в неровных потеках масляной краски.
