В ярком свете лампы в старинном особняке происходит дегустация волшебства. Васенька заходит на кухню, где предстоят встречи с необычными знакомыми и открытие новых возможностей. Грильяж для дегустации приносится с живописного платья молодого человека, а его собеседник старик в традиционной одежде старой России предлагает чаю....
Я вас когда-нибудь уже обманывал? Если я сказал, что картина стоит пятьдесят тысяч – она может еще стоить пятьдесят одну, ну еще пятьдесят две, но уже пятьдесят пять – это ни боже мой!
Штабель кивнул: Эрлиху можно было верить в таких делах."
"Штабель задумался: кто-то явно крутил интересную аферу, а он, Штабель, был не при делах. Это было неправильно. Собрав всех своих приближенных, он распорядился слушать, смотреть, разнюхивать, не появится ли в городе какая-то информация об украденной картине.
И вот сегодня – звонок Толяна.
Не прошло и получаса, как Рыжий появился в бильярдной на Петроградской стороне, которую Штабель использовал в качестве оперативного офиса. С ним пришла худощавая шатенка с темными живыми глазами, серьезный и беззащитный вид которой выдавал в ней высокооплачиваемую проститутку.
– Женя, – представилась шатенка.
Штабель посмотрел на нее с интересом: умные глаза, редкое по нашим временам имя…
– Ну и что ты, Женя, хочешь мне рассказать?
– Работали мы с подругой неделю назад в бане на Марата…
– Ровно неделю? – уточнил Штабель.
– Ровно неделю, – подтвердила Женя, – двадцатого.
«То есть за два дня до кражи», – мысленно отметил Штабель.
– Так вот, был там один нищий профессор из Эрмитажа… Ну не совсем профессор, но вроде того. Так вот, он когда выпил, начал хвалиться, что может из своего музея вынести любую картину. Что сигнализации почти нигде нет, и украсть что угодно – пара пустяков, особенно для своих… Конечно, чего мужик не наболтает по пьянке, особенно перед девочками, но картину-то действительно украли, и прямо через два дня после этого разговора! Вот я и подумала…
– Это ты молодец, что подумала, – прервал ее Штабель, – думать полезно, склероза не будет.
– Да нет, – промурлыкала Женя, слегка замаслив глазки, – молодой, симпатичный.
– А звали как его, не запомнила?
– Звали Гоша, а гулял тогда Муса – татарин такой кривоногий, усатый… Только вы ведь понимаете, меня убьют, если Муса узнает, что я вам все это рассказала…
– Не бойся.
– Я знаю. – Женя скромно потупилась. – Я потому Толику и сказала, что хочу с вами познакомиться.
* * *Вася Аникеев, племянник покойного Антона Филаретовича, при жизни – известного коллекционера произведений искусства, вошел в антикварный салон на Литейном и, махнув рукой узнавшему его охраннику, прошел в кабинет директора.
