Дождь барабанит по стеклам в пробке, где Кира ищет пути домой. Страх и беспомощность окутывают ее, когда видит, что избежать непредсказуемого затора не удастся. Изнуряющая espera становится атмосферой напряжения в предстоящих событиях.
Мама и папа! Что им сказать? Обмануть или признаться? Привести в дом Лешку и встретить укоризненные взгляды семьи. Всем и каждому в моем окружении известно, что простить Воскобойникова я не смогу, слишком глубока была рана. И слишком долго она затягивалась. Стараясь отвлечься от терзающих меня мыслей, я одной рукой достаю сотовый и большим пальцем печатаю в Телеграм сообщение Малике.
— Как мы вышли на Пирогова? Вроде бы не наш формат. Провинциальный бизнесмен, тем более из родного города.
— Прислали подлинные фотки.
— Странная ситуация, — отправляю я кучу рыдающих смайлов.
— Я поговорю с Керри. Он пришлет за тобой человека…"
"— Кира, — чуть морщась от боли, Леха обнимает меня за плечи здоровой рукой, а в пальцах больной продолжает держать мою ладошку. — Не пиши ничего, что может быть использовано против. Еще неизвестно, как Пирог на тебя вышел. Наверняка сработали профессионалы. Я подозреваю не только слежку, но и прослушку.
Мне хочется возразить Леше, объяснить, что для этих целей у меня другой номер, оформленный на какого-то левого типа.
— Даже если телефон зарегистрирован не на тебя, то можно определить фактического владельца. Я сейчас пишу сценарий для триллера. Изучаю материалы. Есть практика, как по второму телефону, постоянно находящемуся в радиусе нескольких сантиметров, найти настоящего владельца. Я понимаю, что в целях конспирации у тебя два аппарата.
Я мяукаю что-о нечленораздельное и, чтобы скрыть панику, замечаю небрежно.
— Просто хотела отвлечься. Боюсь встречи с твоими родственницами.
— Не бойся, — бархатистым голосом уверяет Леха. — Они, конечно, грозные противники, но ты справишься. Главное, избавиться от страхов.
«Ты еще и психолог», — вздыхаю я, пряча сотовый, а вслух замечаю, не подумав:
— Не могу ни на чем другом сосредоточиться…
— Я помогу, — кивает нахально Леха и снова лезет целоваться.
Поэтому из машины я выхожу с чуть припухшими губами и в мятом платье.
— Погоди, — рыкает Леха, с трудом выбираясь вслед за мной. — Кольцо, Кира. Мать не Пирогов, ее не проведешь, — шепчет он, выуживая из кармана колечко, предназначенное Нефертити. Украдкой надевает мне на палец и снова берет за руку. Сзади, еле сдерживаясь от смеха, лениво вразвалочку идет Лом.
— Удачи тебе, Шакира, — ухмыляется он, заходя за нами в калитку. — Жду твоей победы, как главного праздника.
Вот этого я и боюсь больше всего. Придется ходить по белой нитке.
