А кто это прячется за твоей спиной?
– О, тогда прошу прощения, мессир, что посмел вас оскорбить. Как же вас зовут?
– Александр Думский.
– Какое мужественное имя. Генеральское.
– Только не говорите, что вы знаете Македонского.
– Потому что вам не больше четырехсот лет. Вы, конечно, очень старый, хотя и делаете вид, что это не так. Но Македонский жил раньше.
– Зови его вундеркиндом, Фарух. Ибо, когда вырастет, он уделает каждого в этом клубе!
– Меня? Пф! В первую очередь! И вообще – я пришел сюда напиться и чтобы записать Александра в организацию. И что-то я не вижу ни первого, ни второго.
– Записать под твое поручительство?
– Кажется, из всей школы “Фаллен”, только этого маленького гения ты привел к нам…
– Остальные мучают кошек! А Робин запрещает мне их проклинать.
– Напроклинался уже… Джесси полтора месяца провел в лазарете.
– И все, потому что ты вмешался! Я хотел отправить его туда на все четыре!
– Змей-искуситель, кого ты к нам привел, Робин Локсли?!
– О Фарух, ты бы знал… ты бы только знал…
– Космолет имени Робина Локсли и Александра Думского отправляется в дальнее плавание по просторам эфира, раздувающего паруса…
– В “Планете Сокровищ” были корабли, – перебил мальчик, – а не космолеты!
– Раз корабли, то спускайся из стратосферы тогда.
Робин уже потянулся, чтобы снять ребенка с плеч, но тот крепче сжал ноги.
– Ну вот тогда и не спорь, – фыркнул Робин.
Анастасия раскладывала на скатерть бутерброды, пока “ее мужчины” стояли и вглядывались в звездное небо.
Думскому ночное небо в этом поместье, находящемся где-то в пригороде Маэрс-сити, напоминало драпировку в зале с роялем. Только такую, будто кто-то проткнул ее иголками, а затем направил с той, обратной стороны, софиты разных цветов.
Прямо как в “Бездне”.
Но об этом нельзя было рассказывать Анастасии.
Не про небо, разумеется, а про “Бездну”. Вернее про то, что Робин взял его туда. Иначе Анастасия его бы прибила.
– Ужин уже готов, – окликнула ведьма.
– Пойдем, вундеркинд. – Робин направился к скатерти.
В этот погожий летний вечерок они решили устроить пикник, в то время пока остальные десять учеников поместья “Фаллен” мирно пускали пузыри, пребывая в царстве Морфея.
– Почему никто со мной не хочет дружить?
Робин поперхнулся и едва не споткнулся.
– Так. Стоп. Во-первых, у тебя есть я и Анастасия, а во-вторых… ну… как бы тебе это сказать.
– Желательно прямо… Вот прямо и скажу. Ты очень странный, Александр. И вообще, как ты терпишь, когда тебя называют Александром? Скучно же. Почему не Алекс? И говоришь ты так, будто ровесник Профессора, а не восьмилетний сорванец. Да и сорванцом я бы тебя не назвал… ботаник и заучка. А таких не любят. Будь попроще, Алекс. Причешись хоть раз в жизни.