Карл Фредч ушел в шесть часов, вернулся в десять сорок пять, пробыл дома минут пятнадцать, затем сел в автомобиль Барстлера и около одиннадцать часов уехал. Он вернулся домой на такси без десяти два ночи. Еще один человек, по имени Гленмор, уезжал около двенадцати и вернулся в девять тридцать вечера.
— Уезжал на машине? — спросил Мейсон.
— Да, на своей машине.
— Ты не знаешь, Пол, когда вчера начался дождь?
— По данным метеостанции, в семь сорок пять. Именно это время стоит в полицейском отчете об убийстве. Положение тела и некоторые другие факторы говорят о том, по мнению полиции, что смерть наступила вскоре после того, как начался дождь.
— Приблизительно сколько времени спустя, Пол?
— Ну, скажем, час или полтора после того, как начался дождь. По их мнению, смерть наступила между восемью и девятью часами.
— Как много доказательств против Дайаны у полиции? — спросил Мейсон.
— Сейчас еще рано говорить об этом. Но у них достаточно данных. На обуви Дайаны грязь, и анализ показал, что она соответствует почве, где было найдено тело. Возле тела обнаружены также следы. Полиция может повесить их на Дайану. Этого, в общем, недостаточно, но полиция работает, и могут обнаружить что-то еще. По мнению полиции, Милдред Денвил начала убегать от Дайаны, когда она поняла, что Дайана намеревается убить ее. Дайана, по их мнению, открыла кошелек, вытащила пистолет и выстрелила. При стрельбе она потеряла свой кошелек; убив Милдред, она подошла к телу, наклонилась и что-то забрала. Что-то, что явилось причиной убийства, и полиция считает, что это был именно дневник.
— Ты знаешь, что было в письме? — спросил Мейсон.
— Оно будет опубликовано в газетах сегодня.
— Проклятый Холкомб! — сказал Мейсон.
— Конечно, — продолжил Дрейк, — если они попытаются доказать, что письмо подделано, им придется поработать. В их пользу говорит только то, что письмо найдено у тебя, а не в почтовом ящике.
— Я знаю, — сказал Мейсон, — но если мы сможем доказать, что Милдред брала кошелек Дайаны, то уж дело полиции будет доказать, что она вернула его ей. Так что, давай, займись поисками этого полицейского.
Дрейк встал из глубокого кресла и сказал:
— Ну, что ж, я пошлю своих людей заняться этим полицейским.
— Если найдешь его, пусть он сделает письменное заявление, причем сделать это надо до того, как на него выйдет Холкомб.
— Думаешь, Холкомбу он нужен?
— Еще как! Его желание одно — добиться приговора по этому делу. Он слишком глубоко в него замешан.
— Ну, ладно, я пошел, — сказал Дрейк. — Продолжать следить за домом Барстлера?
— Я думаю, да.
— Сейчас это делать нелегко, они могут заметить моих людей.
— Если они заметят, они подумают, что это полиция, — сказал Мейсон, — так что пусть они продолжают работать.