Кроме того, оставь наблюдение за квартирой Милдред и Дайаны. Я хочу знать, что там происходит.
— Ладно, буду тебя информировать, — сказал Дрейк и вышел.
— Хотелось бы знать, что Карл сообщил полиции, — сказала Делла Стрит.
— Я бы тоже хотел это знать.
— Сейчас, когда Холкомб погряз в этом деле, он сделает все, чтобы найти этот дневник, — сказал Мейсон. — Он просто хочет испортить репутацию Дайаны. Обрати внимание, как в газетах будет подан тот факт, что у нее на лице синяк.
— А что?
— Как тебе сказать… Просто синяк под глазом не ассоциируется с респектабельной женщиной, — сказал Мейсон. — К тому же очень многие из читающей публики сочтут, что женщина с синяком под глазом вполне может совершить убийство.
— Я одного понять не могу: почему Милдред так разволновалась, узнав, что у Дайаны под глазом синяк?
— Наверное, из-за того, что Карл Фредч имел в своем распоряжении сумочку Дайаны. Это…"
"Зазвонил телефон.
Мейсон снял трубку и сказал:
— Слушаю вас.
В трубке послышался голос Пола Дрейка:
— Похоже, ты проигрываешь, Перри.
— Что?
— Полиция нашла орудие убийства.
— Где?
— В квартире Дайаны Риджис. В ящике комода с грязным бельем.
Мейсон сердито сказал:
— Его туда подложили. Именно этим занимался Карл Фредч, когда…
— Спокойно, Перри, спокойно! — сказал Дрейк. — Ты еще не все знаешь.
— Давай, рассказывай.
— На пистолете отпечатки пальцев Дайаны. Причем это единственные отпечатки.
— Это все? — спросил Мейсон.
— А что, этого недостаточно?
— Черт побери, даже слишком! — сказал Мейсон и положил трубку телефона.
11
Дайана Риджис сидела по ту сторону тяжелой металлической сетки, отделявшей заключенных от посетителей. Позади нее возвышалась широкоплечая тюремная матрона, а молодой остроглазый полицейский наблюдал со стороны посетителей за тем, чтобы заключенным не передавалось чего-нибудь через ячейки сетки.
Мейсон, придвинув голову близко к сетке, внимательно смотрел на Дайану. Синяк под ее глазом изменил свой цвет и стал иссиня-черным. Приблизившись к Мейсону, она шепотом рассказывала ему о случившемся.
— Что есть в твоем прошлом, что бы ты хотела скрыть?
— Абсолютно ничего.
— Ты разведена?
— Да.
— Кто потребовал развода: ты или он?
— Я.
— Да перестань ты, — сказал Мейсон раздраженно. — Ты все время пытаешься скрыть что-то. Неужели ты не можешь понять, что этим ты вредишь только себе?
— Мне кажется, — призналась она, — мне надо было раньше сказать вам о пистолете.
Мейсон саркастически заметил:
— Да, это могло бы показаться желательным, если бы ты хотела честно вести дело со своим адвокатом.
— Господин Мейсон, пожалуйста, не надо.
— Я настолько увяз в этом деле, что я не могу выйти из него, — сказал Мейсон. — А теперь ты начинаешь ходить кругами.