Автор
Перри Мейсон приветливо улыбнулся фигуры, остановленной на пороге его кабинета. Взгляды пересеклись — тяжеловесный епископ, облаченный в черное сутановое платье и белый отложной воротник, стоял нерешительно у входа. Его постройчатые ноги, обутые в потрепанные башмаки, казались ещё более несвойственными для титула священнослужителя....
Важные события требуют вашего подтверждения личности женщины зпт называющей себя Джулия Брэннер зпт которая явилась ко мне в офис сегодня вечером сразу после отплытия «Монтери»
Он подписал телеграмму, уплатил за отправку и вошел в будку телефона-автомата.
Плотно закрыв за собой дверь, он назвал номер Джулии Брэннер, который она оставила ему при встрече.
Ему ответил тонкий, невыразительный женский голосок.
— Это Джулия Брэннер? — спросил адвокат.
— Нет, ее подруга Стелла Кенвуд. Вы мистер Мейсон, адвокат?
— Да.
— Одну минуточку, мистер Мейсон. Сейчас она подойдет.
После тоненького голоска Стеллы Кенвуд грудной, звучный голос Джулии Брэннер заполнил собою все уголки будки, в которой от мокрой одежды Мейсона было трудно дышать.
— Что вам удалось узнать? — сразу же спросила Джулия. — Говорите быстрее.
— Ничего утешительного, — ответил Мейсон. — Браунли — человек решительный, он составил завещание, по которому большая часть его состояния перейдет к той девушке, которая в настоящее время живет в его доме и называет себя его внучкой.
— Он уже сделал официальное завещание?
— Нет, но намерен сделать это завтра утром.
— Можете ли вы что-нибудь предпринять до завтрашнего утра?
Мейсон слышал, как она шумно втянула в себя воздух, задавая этот вопрос.
— Нет, разве что доказать его некомпетентность. Только душевнобольной человек не имеет права распоряжаться своей собственностью по своему усмотрению.
Наступило молчание. До Мейсона доносилось лишь гудение провода. Потом Джулия сказала:
— Так вы все же считаете, что еще рано складывать оружие?
— Мы поговорим об этом утром.
— Вы и правда не сказали мне ничего утешительного. Думаю, мы проиграем, если только…
Мейсон насторожился:
— Если что?
— Если только я не сделаю того, что не хотела делать и приберегла на самый крайний случай.
— Что именно?
— Мне кажется, у меня есть способ убедить Ренволда Браунли.
— Послушайте меня, держитесь подальше от этого человека, даже носа из дома не высовывайте. Мы поговорим с вами утром. Не в ваших силах заставить Браунли что-либо изменить. Он умен, упрям и безжалостен. Вы меня слышите?
— Да. Когда мы встретимся завтра?
Голос ее звучал как-то отчужденно.
— Завтра в десять у меня в офисе, — ответил Мейсон и повесил трубку.
