В теплые русские края переехал человек, которого зима не раздражала. Но сегодня утро поразило: на Питере явился лучистый денек после сильной метели. Солнце светило ярко, освещая снежные холмики, приготовленные дворниками за ночь. Проулок был чист и прямой, но автомобилисты осторожно катились по его поверхности, зная о возможных скрытых опасностях под слоем тонкого белого одеяла....
– То есть это конкуренты, которые хотят убрать Луку нашими руками!
– Да не перебивайте же меня! Дайте рассказать все по порядку…
Ашот Арутюнович перевел дыхание, взглянул на Светлану Калмыкову и продолжил:
– Так получилось, что присутствующая здесь дама оказалась в центре событий. У нее имеется материал, очень серьезно компрометирующий Лукьянова. И когда ее муж получил открытку, то есть появилось подозрение, что она жива, те люди, на которых я работаю, захотели поговорить с ней. Захотели найти ее раньше, чем Лука.
– Ну и как – увидели?
– Да, и вы произвели на меня хорошее впечатление. Тогда я попросил вас взяться за дело Калмыкова. Я не сомневался, что если Светлана жива, вы ее найдете. И как выяснилось, я в вас не ошибся.
– Конечно, спасибо за комплимент, но чего вы теперь от меня хотите? Ну, или от нас?"
"– Постойте! – вмешалась Лола.
– Я же просил вас не смотреть, что в посылке!
Тут Светлана Калмыкова издала шипенье, какое незадачливый грибник слышит, когда наклоняется над безобидной кочкой и видит свернувшуюся там змею.
– Ах, вот в ч-чем прич-чина… Значит, вы следили за мной… Это он морочит вам голову, – усмехнувшись, сказала она Лоле, – дело в том, что я, вернувшись, связалась снова с тем человеком, который три года назад помог мне. Я хотела с его помощью сохранить компромат, который, сами понимаете, носить все время с собой не могла. Но, увидев его, я поняла, что за три года многое изменилось, и прежде всего он сам. Возможно, это объясняется развивающейся паранойей, но я не могла ему доверять.
– Что вы сделали с цыпой? – спросил Маркиз.
