Подмосковье в резкомfreeze-переходе на мрачную зимнюю ночь. Звонкий голос за спиной оставляет неприятное чувство спокойствия перед неизвестным, но при этом явно ожидается что-то тёмное и опасное: отражение в полумраке — одинокий человек сидит у костра.
— Восемь дней, и если там никого не будет, больше шанса на переговоры господину Скрипникову я не предоставлю, а он останется за бортом истории о славном спасении человечества.
— Я вас понял, — продолжил согласно качать головой Сычёв. — Тогда, если позволите, то я сейчас же отправлюсь обратно. Видимо, за эту неделю мне предстоит изрядно полетать по Системе.
— Конечно, не буду вас задерживать, — поднявшись с кресла, дождался, пока встанет посланник, после чего направился к двери. — Восемь дней, Даниил Михайлович, не более.
— Я запомнил, Николай Максимович, — улыбнулся Сычёв.
Видимо, он мысленно готовился к долгим убеждениям и не ожидал, что всё пройдёт столь гладко.
Впрочем, несмотря на то, что я столь быстро согласился на встречу, пусть и на своих условиях, у посланника, похоже, не было и тени сомнения, что я не явлюсь на встречу, как в прошлый раз.
Что же, в этом он абсолютно прав, на этот раз бегать я не собираюсь. Вот только перед встречей загляну кое к кому в гости.
* * *Аллод Шарова
Двести девяносто второй день проекта
Этот странный Осколок, одиноко висящий на окраине сектора, был выбран мною в качестве места встречи не просто так.
Его странная форма, в виде схематично нарисованной ромашки, позволяла пристыковаться нескольким демиургам к своему гексу-лепестку и уже через него попасть в центр Осколка.
И к моменту моего прибытия шесть из семи возможных «причалов» уже были заняты Аллодами различных размеров. Так что я, убедившись, что поблизости не кружится лишних демиургов, направил свой «корабль» к последнему свободному.
Стыковка много времени не заняла, и я, перейдя границу, очутился в длинном, но узком извилистом ущелье, которое должно было вывести меня к месту встречи.
Главным плюсом этого места являлось то, что подобный проход был на каждом «стыковочном» гексе, и при всём желании через него было сложно разом провести большое количество бойцов. Да и держать оборону, в случае чего, было бы куда проще.
На переговоры я выдвинулся, как и договаривались один, несмотря на сопротивление товарищей.
Иваныч, вообще был скептически настроен по поводу этой встречи, заявляя, что не стоит тратить время на бесполезные разговоры. Ибо вряд ли стоит ожидать хоть что-то от человека, неоднократно пытавшегося меня убить и даже дважды преуспевшего в этом.
И тем не менее границу Аллода и Осколка я пересёк в гордом одиночестве, после чего, пройдя по каменистой тропинке, окружённой непроходимыми скалами, вышел на небольшую площадку, где меня уже поджидали.
