Подмосковье в резкомfreeze-переходе на мрачную зимнюю ночь. Звонкий голос за спиной оставляет неприятное чувство спокойствия перед неизвестным, но при этом явно ожидается что-то тёмное и опасное: отражение в полумраке — одинокий человек сидит у костра.
— До подтверждения гибели Создателя он считается живым, — Мальцева потянулась к кружке с кофе, над которой до сих пор виднелся пар, несмотря на то, что наш разговор уже некоторое время.
— Ладно, здесь вроде понятно. Тогда что там по поводу доноров. Звучит не очень хорошо, — поинтересовался я.
— Для поддержания Ядра мне нужна энергия. Много, — ответила ненастоящая Мальцева. — Однако обрекать разом на гибель двенадцать миров было признано негуманным, поэтому четырём мирам даётся возможность обезопасить свой мир на некоторое время.
— Вот спасибо, гуманные вы наши…
— Чувствую некий сарказм в голосе, — с подозрением прищурившись, произнесла женщина.
— Что ты, вообще никакого, — замотал я головой так сильно, что чуть не оторвался от кресла. — Хм, в общем вы пожираете проигравшие миры вместе с их обитателями…
— Миры поглощаются, однако их обитатели не уничтожаются, Создатели не чудовища, — Мальцева подняла перед собой руку с оттопыренным пальцем. — Проигравшиеся расы «архивируются», после чего периодически вводятся в отборочные Игры.
— Если я тебя сейчас ударю в нос, тебе больно будет?
— Это ваш мир, и фактически этому аватару боль будет причинена. Однако если вы имеете в виду непосредственное нанесение повреждений мне, как Системе в целом, то это абсолютно невозможно в данной ситуации.
— Очень жаль. Впрочем, к этой, несомненно, важной теме мы вернёмся чуть позже, — покачал я головой и налил себе очередную чашку кофе из не собирающегося пустеть кофейника. — Итак, тогда продолжаем. Я что-то там слышал про отборочные? Разве это не финал всего этого представления?
— Финал? Да кто тебе такое сказал? — махнула рукой женщина и рассмеялась.
— Ты."
"— Что-то не помню, — продолжала улыбаться Система, а я подумал, что в кофе, наверное, добавлена солидная доза успокоительного, ибо другой причины, почему я не запустил в это смеющееся существо кружкой с горячим напитком, я не вижу.
— Ладно, ладно, Николай, расслабься и сделай лицо попроще, — отсмеявшись, произнесла Мальцева. — Ты же не думаешь, что всё, что происходило на Земле и потом здесь, внутри меня, сделано лишь для успокоения совести Создателей? Мол, мы дали шанс, и кто им не воспользовался, сам виноват.
— Не думаю, конечно. Уж слишком сложно как-то.
