Автор
В злобе небес и безнадежной тоске сердца Гростенсхольм прибыл в мир с неожиданными для родственников новостями: отвратительный подозрительный тип, пришедший издалека, оказался его потомком. Жизнь, казалось бы, была ему в чем-то понарошно подарена - ни от кого не наследуя ничего доброго и прекрасного....
— Когда я рассказывала тебе о своей одинокой жизни, я готова была разрыдаться. Только оттого, что испытываю облегчение: все заботы и страхи позади. Но я сдержалась. Видишь, какая я молодец!
— Не знаю, не знаю. Было б лучше, если б ты слегка всплакнула. Так легче.
— Вечно ты ни во что не ставишь мои подвиги, — с досадой произнесла Винга. — Но человек должен познать сам себя.
— Давай. Теперь ты в безопасности.
Дальше шли молча. Вдруг Винга вскрикнула.
— Что такое?
— Тут одни колючки! Маленькие, противные, с крошечными шипами.
Хейке огляделся:
— Вокруг очень густой лес. Погоди, я помогу тебе…
— Я сама их вытащу.
— Но ведь ты сказала «никогда».
— Ну, это было совсем маленькое «никогда».
Сделав пару шагов, Винга снова наступила на колючку.
— Хорошо бы тебе иметь обувь, — сказал он, глядя на то, как Винга вынимает новые колючки.
— У меня нет обуви. У всех башмаков либо истерлась подошва, или они стали мне малы. Хейке немного поколебался:
— Ладно, залезай мне на спину.
— У тебя такие красивые непослушные волосы. Прямо как у козы. Ну как же ты мне нравишься!"
"— Сиди тихо, — смущенно пробормотал он. Руки Винги обвили его за шею:
— Подумать только, какие у тебя широкие плечи. Можно потрогать?
— Только не сейчас.
Винга потянулась мягко, словно кошка. Заиграли мускулы на ногах.
— Будь так добра, сядь как следует. Она тихонько засмеялась. Потрепав парня по волосам, куснула за ухо.
— Скачи, мой жеребенок!
— Я не твой жеребенок!
— А вот и да! Ты очень похож на жеребца, что был у моего отца…
Он промолчал. Тогда Винга рассказала ему на ухо, что один раз видела, чем этот жеребец занимался.
— Послушай, — кротко проговорила она, — тебе нравятся мои ноги?
Она поболтала ногами.
Хейке тихонько застонал. Только сейчас он понял, что должен не только защищать Вингу, а сам должен защищаться от нее. Винга слишком доверчива. И если он не возьмет себя в руки, ситуация может выйти из-под контроля.
5
В эту ночь им бы совсем не помешал лунный свет. Но от небольшой, нарождающейся луны, блекло сиявшей на майском небосклоне, толку было мало. «Впрочем, нам даже на руку темная ночь», — подумал Хейке. Так легче скрыться.
