Автор
В злобе небес и безнадежной тоске сердца Гростенсхольм прибыл в мир с неожиданными для родственников новостями: отвратительный подозрительный тип, пришедший издалека, оказался его потомком. Жизнь, казалось бы, была ему в чем-то понарошно подарена - ни от кого не наследуя ничего доброго и прекрасного....
Как вы выкрутились?
Винга выглядела совсем несчастной и крайне удрученной:
— Не знаю. Я старалась изо всех сил. Но я так многого не понимала. У меня было такое впечатление, что кто-то все время мешает мне.
— Протестую! — оборвал Сёренсен. — Это беспочвенные предположения. Грязные инсинуации! Протест был поддержан.
— Вернемся к тому, что вы сказали, Винга… Я хотел бы услышать более подробно, что именно с вами случилось по дороге в зал суда. Расскажите о нападении на вас и Хейке Линда из рода Людей Льда.
— Господин судья! — вскочил Сёренсен. — Я протестую. Можно подумать, что им нарочно не давали сюда прийти.
Председатель суда обратился к Винге:
— Уточните, что вы имели в виду под словом нападение.
— Охотно. На нас напали, по-настоящему напали сзади трое мужчин. В их намерениях не приходилось сомневаться — они собирались убить нас. Меня ударили ножом, Хейке был избит. Когда подошли солдаты, убийцы снова бросили нас в повозку и решили убить, а трупы сбросить в море.
Председатель произнес строгим голосом:
— На вас напали обычные разбойники. Они и не думали препятствовать вам. Тут Винга рассердилась:
— Это неверно! Мы слышали как один из них произнес: «Уходим. Пусть эти чертовы адвокаты сами разбираются».
Шум в зале нарастал. Менгер действовал быстро:
— Хейке Линд!
Винга направилась к своему месту; Хейке шел ей навстречу. Присутствующие обратили внимание, что Менгер не заставил его поклясться на Библии.
— Хейке Линд из рода Людей Льда… Винга все рассказала верно?
— Не совсем. Нападавший произнес: «Пусть эти дьявольские адвокаты разбираются сами».
Небольшое оживление в зале. Но уточнив такую деталь, Хейке заработал дополнительные очки. Председатель открыл было рот, как на галерее промелькнула большая темная тень.
Купленный председатель почувствовал себя плохо. И быстро произнес:
— Слушание дела затягивается. В коридоре ждет очередь. В связи с этим суд переносится на завтра, на девять часов утра.
Менгер был разочарован. Он почти добился своего, и вдруг такое. Сёренсен и Снивель выиграли время. Теперь они смогут лучше подготовиться.
Все стали подниматься.
