Автор
В злобе небес и безнадежной тоске сердца Гростенсхольм прибыл в мир с неожиданными для родственников новостями: отвратительный подозрительный тип, пришедший издалека, оказался его потомком. Жизнь, казалось бы, была ему в чем-то понарошно подарена - ни от кого не наследуя ничего доброго и прекрасного....
Он рассказал. И сразу исчезло возникшее было между ними напряжение. А спасло положение чудесное свойство под названием «юмор».
— Давай-ка все хорошенько спрячем, — Хейке не хотел показать, сколько для него значит сокровище.
Они нашли подходящее местечко за балками и снова вышли на солнышко.
— Нет, только посмотри, вон идет Эйрик, — радостно воскликнул Хейке. — Он наверняка что-то узнал об адвокате, что поможет нам бороться со Снивелем. Я просил его об этом.
Он приветливо поздоровался с гостем:
— Здравствуй, Эйрик.
— Что за…
— Поздороваться с кем? С девочкой? Но где же она?..
— Винга! Немедленно появись! Эйрик очень хороший и добрый человек!
— Не принуждай ее, Хейке! Пусть привыкнет… Знаешь, я осторожно навел справки. И видишь ли, Тарк…
— Вемунд Тарк, — поправил Хейке.
— Так вот. У него был свой законник, адвокат, как его называют. Звать его Сёренсен. Живет в Кристиании.
Старик протянул Хейке адрес.
— О нашем появлении точно никто не знает?
— Абсолютно. Гарантирую.
— Отлично! Сегодня ночью мы совершили небольшую вылазку.
— Должно быть, опасную. Ты весь в повязках, с головы до ног."
"Хейке рассказал старику о «вторжении» в Гростенсхольм.
Эйрик закудахтал:
— Если б Снивель знал. Если б он был дома!
— Что? Его там не было?
— Нет. Дом стоит пустой. Сейчас там только работники.
У Хейке вытянулось лицо.
После ухода Эйрика Хейке сразу посерьезнел.
— Винга! — строго окликнул он. — Появляйся немедленно! Где ты?
Очень смущенная Винга вылезла потихоньку из-под сарая. Сарай был приподнят над землей, вместо фундамента он стоял на балках.
Железной хваткой Хейке ухватился за плечо девушки.
— Мне было очень неприятно, — лицо его было нахмурено. — Эйрик желает нам только добра!
— Я ничего не могла поделать. Страх сидит во мне, словно прилепившийся репейник.
— Ты должна привыкать!
— Знаю, — виновато пробормотала она в ответ. Тут у нее задрожали уголки губ: — Подумать только, а ведь Гростенсхольм стоял пустой!
И они оба рассмеялись.
Когда на Согн опустились сумерки, Хейке собрался на кладбище. Ему хотелось посетить могилы предков. Винга с радостью согласилась. Попросила только подождать — она сначала нарвет немного цветов. Они взяли с собой банку для цветов и пошли.
