Автор
В злобе небес и безнадежной тоске сердца Гростенсхольм прибыл в мир с неожиданными для родственников новостями: отвратительный подозрительный тип, пришедший издалека, оказался его потомком. Жизнь, казалось бы, была ему в чем-то понарошно подарена - ни от кого не наследуя ничего доброго и прекрасного....
На самом деле было не так. Теперь мне достаются только те дела, за которые никто не хочет браться. И вы, мои молодые друзья, для меня как бы стартовая площадка, которая нужна мне для того, чтобы снова получить должность. Моя единственная цель и желание в жизни — раздавить и уничтожить Снивеля. С удовольствием прихвачу с собой и его племянничка. Я слышал в трактире, что вы, фрекен Винга, просили Снивеля найти вам другого адвоката в случае, если он сам откажется. А он, конечно, не рискнет согласиться. Поэтому я подумал, что мое предложение может заинтересовать вас.
— Мы очень в этом заинтересованы, — ответил Хейке.
11"
"Красавец адвокат Сёренсен действительно послал своего курьера в торговый город Мосс. Сделав дело, он, торжествуя, направился в «Голубой бокал» удостовериться, что девушка на месте.
Но ее там не оказалось.
Хозяин посмотрел как следует? Может быть, она назвала другое имя? Нет. Тогда, может, они приехали вдвоем? Тоже нет.
У Сёренсена вытянулось лицо. Это его совсем не красило.
У него в голове не укладывалось — как так, она пренебрегла его советом? Но ведь он так галантно вел себя, так элегантно оделся, тщательно подготовившись к захватывающему вечеру и ночи, разработал новый план, как соблазнить девушку.
В результате он остался с носом!
Ну ладно, все равно они придут к нему в четверг…
Ждать еще три дня.
Сёренсен вернулся домой.
Слуга возвратился только поздно ночью. Но Сёренсен не ложился, он ждал. Бодрствовать по ночам ему было не впервой.
Слуга поклялся самыми страшными клятвами, что был везде, где только можно, но Винги так и не нашел.
Сёренсен лег, когда уже светало. Он был мрачнее тучи. Сначала решил было задать слуге трепку, но не захотел возиться. Слуга был здоровенным детиной, а в доме, кроме них, больше никого не было.
Что же скажет дядя?
Дядя Снивель приехал сам, собственной персоной. Уже на следующий день, бросив важные переговоры в Моссе, фыркая, как разъяренный бык, он ввалился к Сёренсену в его контору. Конторой служила элегантная гостиная в доме адвоката. В этой гостиной он не так давно принимал Вингу.
Красивые кружева на манжетах Сёренсена лишний раз подчеркивали, как дрожат руки адвоката.
