Виктор шагнул через порог и сразу же попал в ожесточенную дискуссию с хозяйкой дома. Она радостно предложила сварить кофе, а он вежливо отказался, но все равно был очарован необычной атмосферой уединенного пространства. Здесь царила таинственная непробиваемая тишина, словно глядя на мир сквозь зеркало времени....
Дослушав чей-то отчет, он повернулся и попытался подняться. Любава бросилась ему помогать.
Князь встал, приблизился, и Софья увидела слезы на его глазах.
– Сонечка… деточка… ну как же так?! Господи, как же я рад, что вы живы!
Софья села. Оказалось, она лежала на каком-то небольшом диване.
– Я тоже рада видеть вас в добром здравии, дядя, да еще и за работой. Что со мной случилось?
Вместо дяди ответила Любава:
– Вы потеряли сознание. Очень переутомились во время полета, да еще и это ранение. Кузя принес вас, а я подлечила и перевязала.
– Эта юная леди просто святая, – добавил князь, – она и меня прекрасно подлатала.
– Но как же Анастасия?.. Та дива, на которой я прилетела. Она привязана ко мне. Как вышло, что она меня не сожрала?
Ей никто не ответил. Дверь открылась, и на пороге появился Кузя.
– Дмитрий Петрович, докладываю, – он отсалютовал на военный манер, – на переправе чисто. Бои сместились к Петербургу, основные силы противника теперь там. Из крепости больше никто не вылетает.
– Неужели они закончились? Наконец-то…
Кузя пожал плечами:
– Не знаю. Я подлетал поближе, там сильный запах Пустоши, значит, коридор еще открыт и дивы там есть. Но почему-то не выходят. Николай Антонович, тот колдун из Министерства, отправился на разведку. Он не див – может плавать. Я пойду его подстраховать.
– Да-да, иди, – махнул рукой князь, и Софья только заметила, как хлопнула дверь.
– Не див? Может плавать? Что это значит? – Дядя только развел руками.
Зато Софья прекрасно поняла, о чем говорит Кузя.
– Это может быть хитростью, – вслух повторила она.
– Да, – согласился дядя. – Их стратег хочет оттянуть наши силы, дождаться, пока защита ослабеет, и ударить снова. Поэтому пока нельзя отпускать отсюда ни дивов, ни колдунов. Даже на помощь тем, кто бьется за Петербург."
"Дивом Николай Антонович не был. Поэтому скорость его не могла сравниться ни с одним из них, даже со вторым классом.
Он поднялся на поверхность, чтобы вдохнуть воздуха, и вдалеке увидел маячащую над волнами птицу. Это Кузя, див графа Аверина. Совсем недавно Николай Антонович и подумать не мог, что отправится с этим дивом на совместную разведку.
