В глубине туннеля лежит разлом, где гигантские обломки стен встречаются с мрачными существами. Каммерер прыгает из укрытия в укрытие, пытаясь избегать бесов-демонолога — чудовищ с красной чешуйчатой кожей и клыками как у бегемотов, подчеркивающих их мрачное существование. Вопросы оставляют чувство тревоги и неизвестности, что привлекает внимание к следующему эпизоду в этом загадочном мире....
По факту имение принадлежало данной палате? Банку? Не суть важно. Этим людям. Они были в праве делать с ним что угодно.
Но так как я хотел имение выкупить, то был обязан заплатить еще и процент. Дело приняло не самый радужный оборот, потому что мгновенно у меня этих денег нет.
— Как вы видите, процент там небольшой… — начал Евгений Дмитриевич.
— Вижу.
— Но за много лет… и каждый месяц, как вы понимаете…
— Понимаю.
— … это еще девяносто четыре тысячи восемьсот мер, — не унимался он. — И оплатить нужно все.
— Я оплачу, — сказал я спокойно, не ведя бровью.
— Чудесно! — Евгений Дмитриевич хлопнул в ладоши. Его пухлое лицо прямо начало сиять. Я буквально слышал, как у него в голове стали звенеть монеты, словно вываливались из игрового автомата.
— Залог, — сказал я жестко.
Лицо мужчины мгновенно скисло.
— Нет, Андрей Александрович, уж извините, но это так не работает.
— Я думаю, что вы прекрасно понимаете, как это работает, — я скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула.
Но не тут-то было.
Евгений Дмитриевич коварно улыбнулся. Нечто демоническое проскочило в его чертах.
— Как разЯ́очень хорошо отдаю себе отчет о том, как работает буква закона на бумаге, молодой человек.
— Я не говорил обратного, — сказал, вскинув брови. — Я лишь хочу сказать, что в том состоянии, в котором находилось мое поместье, тем более захваченное чудовищем… оно, мягко говоря, никому не было нужно.
Уверенности в этом не было, но логически звучало крайне правдоподобно.
— И что с того? — спросил Евгений Дмитриевич."
"— А то, что вы ему отпустили мое имение под тридцать пять тысяч залога, что является суммой даже меньшей от половины того, что вы ссудили моему отцу.
— Но буква закона…
— Я не отказываюсь от буквы закона. Я говорю, что вы возвращаете мне имение ровно под ссуду, которую я возвращаю прямо сейчас. Деньги в моей мотокарете. С процентами будем разбираться немного позже.
Пархомов поджал губы. Он явно не был готов к тому, что у меня случится встреча со Смоляковым и что мы придем к общему знаменателю. А тем более, что Смоляков озвучит мне сумму, которую ему выставили для внесения залога. Пускай и половины.
