Автор
В драматическом мире подружек появилась Даша — первая девушка цирка, которая решается остаться в родном городе после заключительных гастролей. На целый месяц она получает шанс быть самой собой — и не просто так, но с серьезными оговорками. А вечером уже обсуждается первый отъезд цирка и планы на приключение вне зоопарка....
Прижимала щеку к его плечу, пока он гладил мои волосы. Приятные мысли о том, что Алекс помог, не уронил, и вовремя почувствовал опасность, расслабили, даря непривычные ощущения защиты.
— Теперь не будешь меня доставать? — тихонько спросила, борясь с желанием продлить чуть дольше наши посиделки.
— Ну вот еще! Обмен так просто с рук не сойдет хитрюге. Догадываешься, о ком я?
Задел губами мочку моего уха, вызывая волну жара, и почти сразу вторая волна бахнула в мозг.
Вскочила с его колен.
— Никогда так больше не делай.
Истинная правда!
О споре даже не переживаю. Выиграю и так. Связываться с Алексом цирковые никогда не дадут.
— Фу-ух, умеешь успокоить, Мишень, — Стрелок выразительно выдохнул, возвращая надменность, — А то я забыл тебя в список внести, к кому хочу поприставать. Значит, и мне нельзя. Так ты ж липнешь, будто выпрашиваешь, записаться.
Временное перемирие снова лопнуло. С шумом и треском.
— Считай, что отлепилась, — отвернулась обиженно.
Вот же дурак козлиный.
Моей рукой вновь завладели.
— Списка со мной нет, кто там записан не запоминал. Пока тебе, моя Мишень, придется меня сопровождать, долги за темные делишки отрабатывать, — новые правила тут как тут, — Надеюсь, про «нельзя», ты помнишь?
— Помню. И ты не забывай! — ответила нахалу белобрысому.
Списки у него, видите ли.
Вставить бы ему ручку, которой записи делал, в одно место.
И когда я к нему липла, спрашивается? Сам ко мне лезет со своими долгами.
Далеко идти не пришлось.
Тогда ведь я не знала, что в кафе у белобрысого появится идея, как мне расплатиться с долгом…
Глава 12
Алекс
Сам не знаю зачем потянул за собой неугомонную девчонку. За один день умудрилась вызвать во мне гневную бурю, зловещий ураган и желание плескаться в теплоте и нежности, когда прижималась ко мне.
Готов хоть сто раз подтвердить — привязываться мне к Мишени нельзя.
Хватит и сумасшедших ответок, из которых выкарабкаться не могу, каждый раз ловкая хитрюга умудряется выбить почву из-под ног.
Вот и что мне с ней делать?
Сидит за столиком напротив меня, облизывается и довольно щурится, отправляя в рот кусочек за кусочком пирожного. Внимание ее там, в тарелке. Зато я, пялюсь, и оторваться не могу.
