Автор
В бешенстве и растерянности ждет лифт — мир вокруг тускнеет безобразием, а внутри головы мелькают разные варианты ушатов слез или кулаков. Вдруг услышала шепот на другом конце провода — Левин теперь Бергман, и она забеременела случайно, как будто жизнь сама не имела права творить такие злодейства....
– Там такая лужа, что только вплавь, – мне снова предлагают руку, чтобы помочь выйти из машины.
Ладонь теплая, сухая и немного шероховатая.
Ровно такая, какая и должна быть у мужчины. И меня снова торкает.
Почему-то этот жест, когда мои пальцы утопают в мужское руке, снова заставляет дыхание сбиваться, а сердце пропускать удары.
– Добро пожаловать, Алла Георгиевна, – в голосе Козырева появляется новая интонация.
Она как будто заводит некий метроном, начинающий отмерять время сразу после писка автомобильной сигнализации.
– Нам на третий этаж, – подозрительно улыбается Влад и пропускает меня вперед.
Я стряпаю гордый вид и царственно поднимаюсь по лестнице, а Козырев идет сзади и этим меня нервирует. Ощущение, что я дичь, которую загоняют прямо в капкан, усиливается.
На третьем этаже я не выдерживаю и, обернувшись к Владу, спрашиваю еще раз:
– Почему вы ко мне прицепились? – я инстинктивно стараюсь оттянуть момент, когда окажусь на территории Козырева.
Стоя ниже меня на несколько ступеней, он наконец сравнялся со мной в росте, и я смогла по-настоящему оценить сокрушительную мужскую красоту.
– Ты была так очаровательна в своем восхищении пирожными и абсолютным нежелании показывать, что я тебе понравился, что это стало вызовом, Алла Георгиевна, – глядя на меня из-под ресниц, усмехается Влад и достает ключи.
Что? Нежелании признавать?
Кто-то о себе слишком много думает!
Сейчас я ему докажу!
Правда, на дне голых глаз мелькает странная искорка, заставляющая меня задуматься, что он специально меня провоцирует.
Пока я анализирую ситуацию, Козырев уже открывает дверь и делает приглашающий жест.
Ступив за порог, я неосознанно начинаю принюхиваться.
Он же говорил, что готовился к моему появлению, но едой не пахнет.
Более того, раздевшись и сам оказав помощь мне, Влад меня огорошивает:
– Ты пока осмотрись, а я в душ.
– Что? В душ? Зачем? – выскакивают из меня вопросы, как горошины из перезрелого стручка.
– Не люблю, когда запах еды впитывается в волосы, а в ресторане, это неизбежно. Я быстро. Предоставляю тебе возможность утолить любопытство, – подмигивает он.
Козырев, по пути зажигая везде свет, скрывается где-то в глубине квартиры.
Я выковыриваю телефон из сумочки и иду на разведку.
Ну а что. Он же сам разрешил, не так ли?
Мои представления о жилище Влада продолжают рушиться.
