Автор
В темном кабинете политика вдруг врывается неожиданный гость. Тягостное ощущение замкнутого пространства усиливается, когда молодой дамы зовут Денис Сергеевичем. Охранник просто фразой описывает неприятную особу, словно это обычное дело в такой компании. Ужас набегает на сердце — как же я буду в этой обстановке выглядеть?...
"По праву сильного
Глава 1
– Денис Сергеевич, к вам пришли.
Я сглатываю вязкую слюну. В животе пульсирует тяжёлый холодный ком.
Надо же, я про себя его только Ящером называю. А он – Денис Сергеевич.
– Кто там еще? – без капли любопытства спрашивает вальяжный голос с хрипотцой, обычно свойственной актёрам, но тут она принадлежит молодому харизматичному политику.
– Соска какая-то, – бубнит охранник.
Внутри всё сжимается.
Не от обиды на определение, которым меня наградили: пацанчики в нашем районе так же говорят.
А плющит меня от необъяснимого страха.
Говорят, Ящер не связан с криминалом. По крайней мере, теперь, но у меня поджилки все равно трясутся.
– На хрена мне ещё одна соска?
Вытягиваю шею.
В неплотно прикрытую дверь видно кусочек ВИП-комнаты. Моему взгляду доступен край черного кожаного дивана, на котором подобрав под себя голые ноги полулежит нафейстюненная деваха неопределимого возраста, прижимаясь щекой к мужскому бедру в темно-синей джинсе.
Сама фигура мужчины скрыта от меня широченными, как дверцы дореволюционного бабушкиного шкафа, плечами охранника. Я вижу только по-щенячьи преданный взор девицы, который она почти не отрывает от своего «хозяина».
– Гнать? – уточняет бугай.
«Гонец», блин!
Я и так чуть живая! Еле решилась прийти. Вся спина мокрая от пота, а он – «гнать»!
Тоже мне нашёлся холоп у барина!
Хотя где-то внутри я малодушно надеюсь, что меня не допустят до комиссарского тела, потому что, если допустят, нужно будет принимать какое-то решение, а у него наверняка будут последствия.
– Да что за соска-то? – уже раздражаясь переспрашивает Гордеев.
– Да мутная какая-то, – пожимает плечами ручной цербер.
Он оборачивается на дверь, и я так резко отпрянула, что в глазах потемнело.
– Говорит, дело у неё личное. Какое – молчит.
Повисшая пауза нервирует меня до того, что начинает покалывать виски.
Да сколько можно?
Заламываю пальцы.
За несколько минут всё душу вынули! Ещё чуть-чуть, и я не вынесу ожидания и сбегу.
– С личным делом она меня ищет здесь? Ну, давай, послушаем.
Под шорох форменной ткани штанов возвращающегося парламентёра вытираю влажные ладошки об юбку.
– Чего сопишь? – выглядывает из двери громила с непроницаемым лицом. Это я, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение, глубоко дышу. – Заходи.
Преодолевая слабость в коленях, я захожу в кабинет.
