Автор
В бешенстве и растерянности ждет лифт — мир вокруг тускнеет безобразием, а внутри головы мелькают разные варианты ушатов слез или кулаков. Вдруг услышала шепот на другом конце провода — Левин теперь Бергман, и она забеременела случайно, как будто жизнь сама не имела права творить такие злодейства....
Уж кому как не мне понимать, что женщины к нему бегут, стоит ему поманить их куриной ножкой.
– Молчание – знак согласия? – вкрадчиво уточняет Влад, продолжая развлекаться за мой счет.
И вроде стебется, а глазами по мне шарит так, что единственное неосторожное «да» может обернуться качественной прожаркой одной молодой овечки.
– Это был комплимент, а не призыв к действию, – шиплю я.
Коварно ухмыльнувшись, Влад тянется рукой куда-то за стойку и как волшебник достает оттуда блюдо с миниатюрными канапэ. Ударяя в самое сердечко, он ставит его передо мной:
– Попробуй.
И голос у него такой, как у искусителя, понимающего, что стоит мне попробовать, и я продам душу.
И хотя я уверена, что простой канапэшкой меня не возьмешь, что-то мне подсказывает, что уверенность Влада чем-то подкреплена. Скорее всего, практикой.
Дрожащей рукой я подцепляю самую безобидную на первый взгляд шпажку.
Вроде бы ничего суперкалорийного.
Но как только я отправляю ее в рот, у меня на языке происходит взрыв вкуса.
Первый взгляд оказывается настолько ошибочным, что я, не понимая, как это происходит, съедаю все канапэ с этим сочетанием. Спохватываюсь, когда этот вид заканчивается.
С ненавистью и внутренней беспомощностью я смотрю на оставшиеся закуски.
Вот эта, например, с обжаренным сыром, маслиной, помидоркой черри и кусочком бри, запросто пустит под откос все мои усилия по похуданию. Или вон та… С маринованным огурцом, копченой белой рыбой, лимоном и долькой цуккини с полосочкой, оставшейся от сковороды гриль… Я не могу не представлять, какой гастрономический оргазм меня ждет, если я все это съем.
Но я смогу. Я сдержусь.
Я не съем!
Я кремень!
У меня есть сила воли! Да я кандидатскую защитила! Это стоило мне седого волоса в брови, но я не сдалась!
Неужели я не смогу устоять перед тарелкой с наскоро сварганенной закуской?
– Ну как? – тон Влада такой интимный, будто он принес мне завтрак в кровать.
