В кинотеатрах Империи запущен кинофильм «Адмирал Ушаков» в котором мы показываем подлую натуру англичан и героических врагов — турок. Завершается съемка короткометражного фильма «Павел I».
— Павел Ильич, а что большие игроки? Наше испанское блюдо готово?
— Вполне. Рим и Берлин при сохранении бравурной внешней политики подготавливают почву для разрыва отношений с Лондоном. Идут чередой мелкие инциденты, которые хоть и заминаются при обоюдном желании сторон, но все одно попадают в газеты альянса. В общем — идет постоянный негативный фон по отношению к Британской Империи.
То не то, и то не это. В общем, народ потихоньку начинает ворчать и выражать неудовольствие.
— Ну что же, товарищи. Пора начинать.
Глава 78
Спустя три недели. Лондон
Букингемский дворец
— Ваше Императорское Величество, — Гладстон был возбужден. — Это совершенно немыслимо!
— Нападение каких-то шавок на британского льва? — Усмехнулся Эдуард I.
— Да! Обе конфедерации Северной Америки пользуясь неаккуратностью наших офицеров перешли границу и атаковали британские силы.
Три пехотных и два кавалерийских корпуса очень серьезно укрепили реальные боевые возможности повстанцев. Наши войска сражаются, но успех их переменен. Эти южане оказались весьма недурно вооружены.
— И два пехотных корпуса из Франции, как я понимаю, тоже не перебросить им на помощь?
— Именно так, — угрюмо вздохнул премьер-министр, — этот проказник де Фюнес все таки поднял восстание.
Глава 79
25 декабря 1892 года
Британская Империя. Портсмут"
"Капитан головного дирижабля третьей тяжелой бомбардировочной эскадрильи встретил первые лучи 25 декабря 1892 года в жутком напряжении.
Он летел бомбить. Впервые в своей жизни он летел бомбить живых людей, но приказ, зачитанный в его эскадрильи был ужасающим. Три часа шло перечисление прегрешений англичан перед Родиной… Со времен Ивана IV Грозного начали и гибелью дочек Императора в 1888 году закончили. Ужас и глубокая ненависть, перемешанная с отвращением поселилась тогда в душе у Петра Ивановича.
Он жаждал крови. Тогда. Но сейчас, когда первые, еще робкие лучи солнца, начинали разгонять сумрак там, в трех тысячах метрах внизу, в бухте Портсмута, забитой британскими кораблями и моряками… Петр чувствовал неуверенность. Можно сказать даже страх. Ведь не эти моряки пускали под откос поезд с императорскими дочками, не эти моряки душили подушкой Павла I…
— Товарищ капитан, — обратился к нему штурман. — Мы в зоне накрытия. Вижу множественные цели хорошо.